Будни имперской разведки

Скулы ярко выраженные, внешний край глаз удлинен, клыки верхние и нижние, слабо выраженные, сложение эльфийское. На руках вместо ногтей – когти, как у орков, и, похоже, способности и с той и с другой стороны. Вот уж не подумал бы, что у Оттиля сын…

– Так, коллеги, подождите! – я не выдержал. – Вы что, хотите сказать, что это не представительница расы, которой я не знаю, а… полукровка?

– Ага, – лаконично ответил шеф. – Что, не слышал, что такое бывает?

– Где бы я мог это слышать?! Но я думал, мы это, не скрещиваемся.

– Из любого правила бывают исключения, лейтенант. Время от времени потомство все-таки появляется, сам же видел. Это была дочь орчанки и эльфа. Если бы наоборот – был бы сын, это правило. Кто бы мог подумать, что у Оттиля сын влюбился в орчанку! Да, старикану в свое время явно тяжело пришлось. Если бы не защита императора, из клана бы поперли, вместе с сыном и внучкой, понятно.

– Духи камней, кто бы мог подумать… – Я ошарашенно встряхнул головой. В принципе, не удивительно, что я не знал о такой возможности. Там, где я раньше жил, даже само предположение о том, что представители разных видов могут полюбить друг друга, было бы кощунственным. Там это – табу. Здесь, судя по всему, тоже не слишком одобряется.

– То, что эльфы это не одобряют, я из вашего разговора понял.

– А орки о таком даже говорить стесняются. Не то, чтобы совсем против, но о таких вещах предпочитают молчать. Если ребенок остается в семье орков, его просто воспитывают, как обычного орка.

– Ладно, хорош трепаться, – оборвал словоохотливого гоблина шеф, – разрешение на проведение ревизии у нас есть, пошли разбираться. А то уже закрытие скоро, а до завтра копия бумаги по инстанциям пройдет, кто-нибудь обязательно предупредит.

Мы с Ханыгой не устыдились. Откровенно говоря, настроение у всех было не ахти. Тяжелая, бессонная ночь и вообще не способствует жизнерадостности, а уж такие сведения, какие мы получили от неожиданно свалившегося на нас пленного… мне лично неприятно было осознавать, что в империи стало так неспокойно.