Хозяева Земли. Война и Сердце (книга 4)

– Ею всегда хвалился мой дед, учил всех своих вассалов, чтобы потом с легкостью побеждать. Наряду с нашими советами эта игра, возможно, поможет вам в выработке стратегий в войне с орками. Простите, что упомянул черное и плохое, в столь дивный и светлый, как ни парадоксально звучит, вечер. Сама игра несколько мужская, однако развивает ум и образное мышление…

Понесло Эриха. Смеюсь над его суетой. В груди моей тепло и светло. Да, он мой понимающий единомышленник и даже больше, уже муж. Но держащий себя в руках, джентльмен.

С помощью той же магии замка возникает шахматная доска! Маркиз готовился заранее, сомнений нет! Фигурки появляются одна за другой, будто сервер их компьютерный загружает. Забавно, папа в детстве пытался учить меня играть, и сама даже интересовалась до класса третьего, ибо один мальчик, который мне нравился занимался в школе Каспаряна, гроссмейстера какого–то. А я пыталась его впечатлить. Потом этот мальчик поцеловал Свету, и моя детская любовь полетела вместе с фигурками, которые смахнула с доски.

Маркиз предложил мне черные фигуры. А даму поставил на белое поле. А я–то знаю, что:

– Дама любит свой цвет, сэр Эрих, – комментирую перестановку. Маркиз ошарашен.

– Вы знаете эту игру?!

– О, да, – смеюсь, приподнимая бровку. – У меня разряд четвертый детский, так что легких побед не ждите.

– Вот как? – С некоторой иронией произнес Эрих. – Предвкушаю интересную партию, миледи…

Двинул крайнюю пешку на одну клетку.

– Шах и мат, сэр Эрих, – произношу торжественно, поставив детский мат, который только и знаю. – На индийском языке означает «Король умер». Желаете реванш?

Рассмеялся, в глазах детский восторг граничащий с чем–то безумным. Эрих нашел достойного соперника?!

Следующие три партии я проиграла, причем разгромно. Однако учудила на четвертой, рассказав Эриху о «битом поле», шахматном правиле, о котором он и не догадывался.

– Битое поле, – задумчиво повторил маркиз. – Враг проскакивает его, но остается под ударом один ход. Вы хотите преодолеть лес, что орды игнорируют, и ударить орков в нужный и единственный момент?

– Сравнение несколько не корректно, но мысль она самая, – соглашаюсь. – Скажите, а вы всегда думаете, о делах, о заботах, о войне? Даже когда так хорошо?

– А вам действительно хорошо со мной? – Подхватил маркиз.

Смутилась, уводя взгляд. А он вдруг поднялся и подал руку.