Импровиз. Одиночество менестреля

Ещё раз прошу простить меня. Постараюсь объяснить как можно быстрее. Переодетыми мародёрами оказались люди, служившие Дому Сапфирного Солнца.

— Как? — Реналла почувствовала «мурашки», бегущие по спине.

Всё это время она боялась штурма, боялась обстрела, боялась тайную службу Аркайла, а оказывается — враги таились совсем рядом. Что теперь делать? В каждом встречном видеть убийцу? Запереться в четырёх стенах и попросить прана Пьетро об усиленной охране? Бежать в замок Дома Ониксовой Змеи? Но, если кто-то очень сильно хочет её смерти, то обветшалые стены и набранная с бору по сосёнке дружина пран Уилла, гофмейстера, не спасут.

Доберутся. Выстрел или кинжал...

— Не бойтесь! — Лейтенант шагнул к ней, решительно взял ладонь и стиснул пальцами. Крепко, но осторожно. Наверное, она побледнела или ещё как-то выдала испуг. — Не бойтесь ничего. Вы помните рыжего и плешивого прана из свиты Этуана? Мне ещё очень хотелось швырнуть ему перчатку прямо во время суда.

— Помню... — Стараясь сдержать дрожь в голосе, ответила она.

— Рутт альт Ларра из Дома Медной Ящерицы — вассал Дома Сапфирного Солнца. Бардок заколол его ещё до нашего появления. Мне пришлось лишь опознать труп. Ещё у троих лица показались знакомыми. Где-то я их видел — то ли на балу в городской ратуше Вожерона, то ли на военных советах. Я отправил посыльного к прану Жерону. Он должен знать, что наши союзники совершили поступок, граничащий с предательством. На мой взгляд, это достаточный повод, чтобы расторгнуть договор, но решать всё равно капитану.

Уверен, что он явится в Вожерон, едва лишь представится возможность. Тогда мы сможем высказать наши претензии герцогине Кларине и прану Клеану альт Баррасу. Если бы я только мог... — Пальцы лейтенанта сжались чуть сильнее. — Если бы капитан позволил мне вызвать Этуана альт Рутана на дуэль... Как же мне хочется отправить его следом за Руттом альт Ларра, рыжим негодяем!

— Не нужно. Не стоит увеличивать количество зла в этом мире, — возразила Реналла.

— И всё же он заслуживает смерти. Если не смерти, то позорного суда, — лейтенант с видимой неохотой отпустил её руку.

Выпрямился. — Но вы. Несомненно, правы. Всё должно быть по закону. Уверен, что пран Жерон придумает, как всё сделать по закону.

— Конечно, придумает. Мне кажется. Пран Жерон может найти выход из самого тяжёлого положения, когда все опустят руки. Подумает и найдёт.

— У нас в Роте любят его, как отца, — улыбнулся офицер. — Я, очевидно, утомил вас разговорами?

— Нет, что вы. Напротив, развлекли.