Чума теней

— Каким будет выигрыш? — спросил профессор охотника после того, как он сделал круг почёта под оглушающий рёв толпы.

— Большим, ставки были высокими, — ответил Олэ, улыбаясь зрителям и делая извиняющие жесты, мол, это бои, моей вины нет, что вы поставили не на того.

— Неужели твой меч так высоко оценили? — удивился Найрус.

— Скажу на ушко, — засмеялся охотник.

Секретная информация возмутила профессора до глубины души.

— Да как вы смели! Это низость!

— Тише, профессор, тише. Детям необязательно знать. Я ничем не рисковал.

— А если бы проиграли? Блич и Герт стали бы рабами, а Фейли чьей-то наложницей! И я бы не смог их защитить.

— Вам себя надо было бы защищать. Вашу свободу я тоже использовал как ставку. Если честно, я думал, вас оценят в медных деньгах, но нет, вы стоите целых шестьдесят золотых — ещё двадцать и кольчуга. Есть чем гордиться. И, повторяю, не стоит трепаться об этом Фейли и Бличу. От тех, кто никогда не лжёт, желательно скрывать правду.

Организаторы оказались честными людьми, насколько можно быть честными в кулачных боях за деньги, и отдали победителю (вышел увесистый мешочек золотых монет) всё, что он выиграл, да ещё предложили контракт на длительный срок.

Через полчаса охотник принимал компрессы на избитое лицо от самой красивой служанки одной дорогой гостиницы, а его спутники поедали деликатесы. Точнее, только Герт и Найрус поедали, а у Фейли после первого знакомства с миром кулачных боёв пропал аппетит. Что касается Блича, то он голодал в знак протеста, ибо опять поссорился со своим пленителем.

И он их, действительно, нашёл. Неизвестно как, но нашёл.

Его не хотели пускать. Кай пришёл без гросс-мессера и босиком. Правда, со шпорами, размахивая которыми пытался убедить охранников, что он рыцарь и оскорблять его чревато.

— Где мой плащ, Кай? — робко поинтересовался профессор, когда вампира всё-таки пустили к ним в номер.

— Там же, где и сапоги, — дал исчерпывающий ответ аристократ.— Друзья, мне... мм... сегодня немного не повезло, а у вас я вижу дела пошли в гору, причём быстрым шагом. Не соблаговолишь ли ты, Олэ, ссудить небольшую сумму, дабы один твой спутник — неживой, но с живым характером — смог выкупить обратно сапоги, плащ и оружие?

— Нет, — засмеялся охотник. — Я слишком худой, видишь ли, чтобы одалживать профессионально деньги.