Чума теней

— Угостишь девушку напитком?

Как холодной водой окатили мага. С такого вопроса начинают знакомство жрицы продажной любви.

— Нет, не богат я сегодня.

Разочарованный (и здесь неудача!) и оскорбленный, он присел за дальний столик (места для еды и напитков стояли отдельно от игровых столов), взял себе вина и вдруг...

Тёмная шатенка. Около сорока, но фигуру сохранила. Лицо красивое. Подошла сама.

— Свободно?

— Да, конечно. Как тебя зовут?

— А разве это имеет значение?

Она по-хозяйски уселась напротив.

— Что? Решила отдохнуть от мужа? Бьёт?

— Отдохнуть от себя. Мой муж замечательный.... Самый замечательный мужчина. Но бывает, что замечательность достаёт. Достаёт настолько, что хочется простого, земного, несовершенного.

Маг выпил. Впервые со времён, когда был подростком, пил перед разговором с женщиной для храбрости.

Завязался обычный разговор двух флиртующих. Женщина одновременно говорила о себе всё, и не говорила ничего. Мужчина сыпал комплиментами и отвечал общими фразами на общие вопросы. Оба понимали, что это формальность. Что главное свершилось в тот момент, когда она спросила, свободно ли, а он разрешил присесть. И обоим сразу стал ясен финал: жаркая ночь и торопливое прощание.

Вот только что ж молодого мага трясёт, как мальчика на первом свидании, и хочется вновь и вновь прикладываться к бутылке.

И тут Клинвер понял причину. Её муж. Уверенность в себе была порождена жизнью с мужчиной, на которого можно положиться. Который никогда не предаст и всегда защитит. Клинвер понимал, что похищает пусть на одну ночь, чужую женщину, причём человека сильного и состоящего из одних достоинств. В этом и было волнение.

— Скажи, маг, а откуда ты взял свой берет?

Предельно конкретный вопрос так выбивался из моря общих, что женщине пришлось повторить его второй раз.

— Берет? Я... я купил его в одной лавке.

Не рассказывать же случайной знакомой всю историю, тем более в конце которой мальчик над тобой посмеялся.

— Надо же... а, может, ты его украл у одного мальчика? Лет пятнадцати. С волосами светлее, чем блонд, одетого в тонкую белую куртку.

Клинвер поперхнулся.