Чума теней

— Почему мы должны умирать ради спасения людей? Мы тоже хотим жить, хотя мы и не люди!

— Именно, вы не люди, — спокойно сказал Олэ и взмахнул мечом.

Он должен был снести им головы одним ударом. Сразу две головы — его оружие и навыки позволяли такой трюк. Чтобы сестра не мучилась, видя, как умирает брат, а брат не мучился, видя, как умирает сестра.

Глава третья. Страшнее чумы.

— Остановитесь, ради... ради... не знаю, в каких вы богов верите, но, умоляю, остановитесь!

Немолодой мужчина, тот самый, который взялся лечить раненого копейщика, встал между обречёнными детьми и Олэ Меченосцем.

— Эти дети...

— Да, я знаю, кто они такие! Я знаю о них больше любого из вас, охотники за тенями! Меня зовут Найрус. Доктор Найрус. Профессор университета... название вам ничего не скажет. Не в обиду будет сказано, но вы явно не из тех, кто помнит наизусть названия университетов.

Нечего было теперь и думать, чтобы убить брата и сестру одним ударом — они поменяли позу. Вредный лекаришка всё испортил.

— Где мой кинжал? — холодным голосом спросил Олэ.

— Вот он, — подал квилон Найрус. — С раненым пришлось повозиться, но, надеюсь, выживет. У меня большой опыт. Я хороший врач. Но вообще, я учёный широкого профиля.

— Широкого или узкого... какая мне разница? Вы умалишённый, если знаете, кто они, и мешаете мне их ликвидировать.

— Именно, что я их знаю, а вы совсем не знаете! Дайте мне две минуты! Две минуты, я вас постараюсь убедить. Но вначале я должен извиниться перед своими подопечными, — профессор обернулся к детям.

— Блич, Фейли. Я поклялся вашим родителям беречь вас и хранить, и до сего дня делал это на должном уровне. Но сегодня я допустил ошибку. Простите меня! Но это не типичный охотник, его было тяжело вычислить. Это первый охотник не с теневым оружием на моей памяти. И первый охотник с рыцарским мечом.

— Мне самому приходиться терпеть неудобства: теневые клинки штука хорошая и наш отличительный знак. А сабли ощутимо легче рыцарских мечей войны.

Но данный меч... это память. Память об одном человеке. Мне нелегко с ним расстаться, и уж тем более неохота делать теневым клинком. Каким я его получил, таким он и будет со мной в странствиях, — как бы нехотя и, одновременно, словно давно ждал случая поделиться этим фактом, сказал Олэ.

А ещё я остаюсь для них неузнанным до самого последнего момента, — ещё одно преимущество своего нестандартного для профессии клинка мечник назвал слышным ему одному шёпотом.