Седьмой (Том 7)

То же управление огромными глыбами земли, способными летать и нести на себе людей, могло удивить любого в этом мире. Если бы не опасность попасть под удар вражеских магов и моё пока ещё слабое умение обращаться с этими глыбами, я бы уже давно использовал их, чтобы добраться до места приземления конвертопланов.

— Ты как, Ян? — Ко мне подошёл белый тигр, с уважением кидая взгляды на то, во что превратился укреплённый опорный пункт одержимых. — Сил ты явно не пожалел.

— Нормально. — Я не врал, это удивительно, но такая атака, а затем скоротечный бой практически не повлияли на меня: усталости, характерной для магического истощения, не было, а сам я чувствовал себя бодро.

Очевидно, тренировки в связи единства и поглощение сферума многое изменили во мне.

Как и говорил второй старейшина, после того как остатки одержимых, вяло появляющихся из обломков рухнувших домов, окончательно уничтожили Серые Охотники, сопротивление проклятых сильно уменьшилось. Конечно, нападения простых порабощённых и даже одержимых всё ещё случались, но уже куда реже, и с ними по большей части справлялись клановые разведчики и наёмники.

Одинокий собирал кровавую жатву и, похоже, даже не собирался останавливаться, требуя от меня продолжения сражений. Это уже начинало настораживать. Раньше духовный клинок спустя некоторое время возвращал себе спокойствие, а сейчас даже и не думал. У меня появилось ощущение, что проклятых он ненавидел даже больше, чем обычных сущностей изнанки.

Уверен, тёмный бог не мог не почувствовать смерть стольких своих марионеток, а значит, должен как-то отреагировать. Самым логичным было бы начать установку магических ловушек и засад на пути нашего следования, но, судя по тому, что говорил Иш`кафэль, вместо этого большая часть одержимых просто отступала в сторону обелиска, явно не настраиваясь на то, чтобы противостоять нам.

— Он готовится к прорыву, Ян, — высказал своё предположение тигр. — Помяни моё слово, этот урод не стал бы так делать без веской причины. Если он успеет переродиться, у нас возникнут большие проблемы.

Причин не верить фамильному богу у меня не имелось, тем более что одной сущности изнанки должно быть больше известно о другой, черпающей свои силы из-за границы.