Во имя порядка: у истоков Союза

- Так, - О’Брайенн взял в руки перо и пергамент, что значило начало погружения во тьму светлой души. – Давайте начнём. Что именно вас беспокоит?

Калия сглотнула и вздрогнула, казалось, что перед её глазами возникло нечто страшное и пламенеющее, но она взяла в себя в руки и начала говорить медленно, шероховатый бархат её глаза разлился по комнате:

- В моей голове что-то есть. Какая-то... вторая душа, сущность. Большую часть времени он спит, но бывают ситуации, когда он просыпается, в основном, когда происходит что-то ужасное или уже произошло.

- Что это за сущность и как она выглядит?

На мгновение перед лицом Калии побеждал образ. Клубящаяся тьма, когтистое существо в извращённом доспехе – сталь стала угольно-чёрной, по ней бегут дорожки огня, виднеются всполохи пламени; альтер-Калия приоткрывает рот, обнажив удлинённые клыки, в её глазах помещены адские угольки ожесточения.

- Страшно, - продрогнув, осторожно вымолвила Калия. – Вся чёрная, жуткая и…

- И?

- Жестокая, - омрачённо завершила дама, вспоминая, какое захлёбывающее чувство ярости и неутолимую жажду крови чувствовала она, когда её тень просыпается.

- У неё есть имя? – уточнил парень.

- Нет, но выглядит она как я… страшная я.

- Хорошо, - О’Брайенн сделал какие-то записи. – А когда она просыпается?

- Когда…, - апотекарий приметил, что несмотря на смугловатый оттенок, Калия побледнела, её губы в дрожи обратили речь. – А на этот вопрос нужно отвечать?

- Если у вас есть силы, - осторожно сказал О’Брайенн. – Только если сможете.

- Я попробую, - после сих слов, явилось ей картина из памяти, как она в старых пыльных руинах Дотульград, старого пирийского града, нашла своего напарника поверженным; над ним уже занёсся меч, как в её груди вспыхнул огонь. Она пыталась с разбойником говорить, но тот лишь насмехался и кичился, и его слово задело в душе нечто… огненное и чёрное, материю злого духа; она помнит, что опасность жизни её напарника воззвала ко гневу, и он ответил… тьма обволокла её в ту же секунду, сознание ушло в тень, и тёмно-багровый туман застлал взор.

- Так?

- Да, - Калия собралась с силами. – Оно появляется, когда мне или друзьям угрожает опасность…. Смертельная, - Калия помахала перед носом, ибо столь яркие воспоминания донесли до неё нереальный запах железа и серы.

- Хорошо, - О’Брайенн сделал пометки. – А какие чувства у вас это вызывает? Когда рождается гнев?

- Сначала… это ярость. Желание убить обидчика. Моей тени охота его буквально разорвать на куски.