СМОТРИТЕЛЬ

Оружие лязгало механизмами внутри и разносило в пыль убранство, которое еще хоть как-то продолжало сохранять свои формы, не взирая на разошедшихся гостей. Наконец бармен подобрался к минотавру достаточно близко, чтобы лишить его головы, но бык встретил потрошитель предплечьем. Аристарх приготовился увидеть реки крови и ошметки плоти, разлетавшиеся по бару, но этого не произошло. И хотя потрошитель не двусмысленно намекал на ожидаемый исход, тем не менее, рука минотавра не разлетелась кровавыми кусками плоти, а вместо этого брызнула яркими искрами, раскаленного металла.

— Вот черт, а рогатый-то у нас терминатор, — ругнулся Аристарх, прокомментировав увиденное.

И вот только теперь он начал немного волноваться. Это ведь не кино, здесь никто не хочет просто так с экрана, пугать законопослушных граждан. В подлунном мире если обещают тебе оторвать башку, то именно это они и сделают, в самом прямом смысле этого слова. И в такой ситуации есть всего два выхода, позволить оторвать себе башку или проделать то же самое с противником, и желательно пораньше.

Аристарх сейчас серьезно пожалел о том, что оставил пистолеты в квартире Клэр. Тем временем терминатор в образе минотавра отобрал у бармена потрошитель и со всей в металлическом теле дури, вогнал оружие в каменный пол. Потрошитель жалобно взвизгнул и затих, превратившись из грозного оружия в набор юного техника из погнутых шестеренок и металлических трубок.

Пока терминатор одной рукой разбирался с потрошителем, другой он продолжал удерживать бармена за горло, не обращая внимания, на тщетные попытки Буча освободиться из железной хватки. Аристарх не знал, что он может противопоставить машине для убийств. Но так ничего и не придумав Колошин схватил табурет и запустил им в голову механического быка. Мысль оказалась правильной, консервная банка отбросила бармена в сторону и сосредоточила внимание на человеке.

— Кажется, зря я это сделал, — бросил Аристарх и помчался в противоположную сторону от терминатора, тем более что к железяке присоединился второй минотавр, пришедший в себя.

Вдвоем они быстро загнали Колошина в угол и приготовились к расчленению без анестезии. Аристарху терять уже было нечего, и он пнул в пах пришедшего в себя минотавра, надеясь в глубине души, что он не сломает о его причинное место ногу.