Неспящие. Кровавый след

С этими словами Шрам показал кулон в виде капельки, висевший у него на шее. Нина протянула руку и погладила Игната по щеке.

- Как же тебе тяжело! Я бы, наверное, не пережила подобного…

Девушке было жалко парня, она искренне скорбела вместе с ним.

- А я и не пережил. Тот человек, которым я был, умер вместе с Алиной… – Шрам произнес это таким холодным тоном, что собеседнице стало не по себе.

- Игнат, прошу, давай поговорим о чем-нибудь другом! – поспешно произнесла она. – Я вижу, что эта тема для тебя слишком болезненна.

Прости, я не должна была об этом спрашивать.

- Знаешь,… в последнее время все так или иначе напоминают мне об Алине, так что ты причинила мне не так много боли, как думаешь. – Шрам говорил мягко и спокойно, в его голосе лишь иногда звучали ноты былой горечи. – Сказать по правде, меня удивила твоя реакция на мой рассказ. Ты так искренне переживаешь, словно… – на этом месте он замолчал, пытаясь подобрать верные слова. –…словно я для тебя очень дорог, хотя мы едва знакомы.

- Данковский, ты, правда, не понимаешь или прикидываешься?! – Нина серьезно поглядела Игнату в глаза. – Наверное, все уже догадались, кроме тебя!

В голосе девушки что-то изменилось, но Шрам не мог понять, что именно.

- Да о чем ты?

- Да о том, что я люблю тебя, чурбан осиновый! – Девушка буквально выкрикнула эту фразу, после чего закрыла лицо руками и заплакала. Её плечи содрогались от беззвучных рыданий, а Игнат не знал, как ему быть.

Он не поверил словам телепата и теперь сидел, словно парализованный, не зная, что предпринять.

Нужных слов он не находил, а сделать что-нибудь было надо. В памяти всплыл эпизод, когда он успокаивал Нину в первый раз. Решив, что это может помочь, Игнат обнял девушку за плечи и прижал к своей груди. Она уткнулась лицом в его плечо, и Шрам почувствовал, как намокает от слез его футболка.

- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – в который уже раз задал страж все тот же вопрос, лишь самую малость его перефразировав.

Девушка посмотрела на него покрасневшими от слез глазами и сказала:

- Сегодня… я хочу… быть твоей…

Понимая, что в этих словах нет никакого подтекста, Шрам решился поцеловать Нину в соленые губы.

«Прости меня, Алина!» – думал он, освобождая девушку от одежды.

Временная штаб-квартира Неспящих стражей

26 ноября 2000 г. 11:44

Савьюр сидел за письменным столом, на котором лежал подробный план Гатчины и окрестностей.