Неспящие. Кровавый след

- Нечисть! Вот ты и открыл свое истинное лицо! – торжествующе воскликнул дознаватель. – Да воскреснет Бог, да расточатся врази его…

- Отец Никодим, успокойте, пожалуйста, вашего коллегу, а то от молитв у нас неприятный зуд по коже и зубы ноют! – попросил Шрам. Его друзья согласно кивнули. Было видно, что слово Божие не причиняет им особого вреда, что немало смутило обоих священников. Поняв, что молитвы бесполезны, дьяк замолк сам, не дожидаясь, когда ему с этим помогут.

- От ваших рук… гибли люди?! – Нина была шокирована подобным признанием.

Она словно завороженная повторяла эту фразу снова и снова, до тех пор, пока дознаватель не прекратил чтение молитвы.

Шрам слегка встряхнул девушку за плечи и, глядя ей в глаза, заговорил:

- Нина… да, нам приходилось обнажать оружие против людей. Они помогали вампирам по своей воле… или же были начисто лишены её. Вампиры могут ломать сознание человека, заставляя его служить себе. После этого он становится пустой, бездушной марионеткой, не желающей ничего, кроме исполнения воли хозяина.

И его уже не переделать обратно! Я не оправдываю нас… наши руки по локоть в крови, и прощения за это нам нет!

Священники слушали обращение стража к девушке и поняли, что тот говорит искренне. Горечь так и сквозила в его словах, содеянное не давало ему покоя.

- Сын мой, тебе следует покаяться… – предложил отец Никодим, забыв с кем ведет беседу. В ответ Данковский махнул рукой.

- Мы – нечисть, и церковь для нас закрыта.

Этим словам было нечего противопоставить, так что все какое-то время сидели молча.

Лишь ветер завывал в ночном небе. Первым нарушил молчание майор Кривозуб:

- По закону я бы должен задержать вас всех до выяснения обстоятельств дела. Но по совести,… я бы хотел вам помочь. Полагаю, по отдельности нам на след маньяка не выйти, но если мы объединим силы, то вполне вероятно сможем и преуспеть.

- Я бы хотел поговорить с братом Павлом наедине, прежде чем дать ответ. Понимаете, это сотрудничество может идти вразрез с нашими принципами.

Вы не дадите нам пару минут? – попросил отец Никодим. – И благодарствуем за то, что волколака поганого извели. Он нам тоже покоя не давал, да хитер больно был, никак выловить не могли.

Неспящие молча поднялись из-за стола и отошли к сторожке, от которой к ним уже приближался Шаман. Девушка и майор пошли следом.

Подойдя к друзьям, Савьюр произнес:

- Кудряво живет! – и разжал руку. На его ладони лежали две обертки из фольги с надписью «Коркунов».