Рыцарь

Этот обет всего лишь запрещает мне поддаваться эмоциям, до такой степени, когда я начинаю делать глупости, как было тогда, с Евгеном, а ведь он мог бы погибнуть, если бы Гибель, не остудил меня своим визитом. Все это следовало тщательно обдумать, мгновения ясного разума в котором я пребывал, дали мне ответы на множество вопросов, которые следовало разобрать. Но мои мысли спутал, пробегавший китаец, мелкого роста в серой форме и большим ящиком в руках.

Поддавшись любопытству, я выпрыгнул из вертолета, надев очки, я стал с интересом рассматривать военную базу, в которой я оказался.

Евген обмолвился, что мы отправляемся чуть ли не на войну с Китаем, а тут узкоглазый бегает по самому сердцу нашей базы, скорее всего моего секретаря также не поставили в известность, куда и зачем нас отправляют. Но мысли о том, что он опять, после всего что между нами было, мне соврал, с большим трудом удавалось подавить, так как мне отчетливо захотелось, его придушить, не смотря ни на какие последствия.

- Извините, с вами все в порядке, - раздался позади взволнованный голос.

Это был боец, одетый в «булат», с автоматом в руках, я чувствовал, что он не испытывал ко мне ненависти. Все оружие и снаряжение, приведенное в боевую готовность, было не ради безопасного знакомства со мной. Но если они не воюют с китайцами тогда зачем здесь поддерживать боевую готовность?

- Вполне, - непринужденно ответил я.

- Тогда пройдемте за мной, мне приказано привести вас в штаб.

Военная база, по которой мы проходили, выглядела весьма странно, здесь стояли палатки, полевые кухни, и все остальное, что должно создавать быт солдатам. Но между всем этим, были выкопаны траншеи, и стояли массивные нагромождения дзотов, и прочих защитных фортификаций, на которых я с большим удивлением видел царапины и выбоины, с темными следами крови, будто еще день назад здесь шло кровопролитное сражение. Да и в самом воздухе, что-то такое витало.

Как ни странно, полевой штаб находился не в палатке, а в нагромождении длинных прямоугольных блоков, темно-зеленого цвета, которые превышали в высоту трехэтажное здание.

При нашем появлении их спор мгновенно затих, а мой провожатый козырнул, отдавая честь.