Бес сознания

Да твою ж мать! Ну не дурак ли?

Вот зачем злить стражей порядка, когда уже почти все решено? Зачем нарываться, когда у тебя и так проблем полные уши? А ведь я только решил, что подопечный не такой уж и идиот, что еще есть надежда. Он мне, может, даже нравится начал.

А он, нет. Все-таки клинический недоумок.

И ведь я даже вижу, что им движет: желание выпендриться перед подругой, потешить самолюбие, мол, вот так я этих мусоров нагнул. А еще поди и жадность. О да, жадность, это стопудово! Он еще во время перестрелки продемонстрировал свое ненасытное и безрассудное жмотство.

Я снова активирую приказ:

«Дай им денег. И дай достаточно, чтобы у них даже мысли не было обидеться».

— Простите, я же хотел еще... — начинает мямлить Вовчик и лезет в карман.

Мордатый бросает на Лизу осмотрительный взгляд, та томно вздыхает, качает головой, и прикрывая дверь, скрывается в квартире.

Вовчик достает две пятисотенные, вкладывает в руку и тянет ее к мордатом как бы для прощания.

— Рад был познакомиться, товарищи. Хорошо, что наш покой и безопасность в ваших руках, — говорит Вова, и получается у него весьма искренне.

Он еще, наверное, и весьма обаятелен, актер бы из него точно вышел неплохой, но увы. И что-то мне подсказывает, что ничего благородного из него уже и не выйдет.

Мордаты радостно щерится, хватает Вовчика за руки и сильно стискивает, а затем внезапно произносит:

— Дача взятки сотруднику правоохранительных органов при исполнении влечет за собой наказание в виде лишения свободы от трех до десяти лет с обнулением всех рейтингов и конфискацией имущества в размере двенадцати зарплат.

Я напрягаюсь.

Вовчик тоже, он даже дышать перестает, а сердце начинает стучать с силой отбойного молотка.

Я начинаю судорожно придумывать, как теперь нам выкручиваться, но мордатый внезапно забирает деньги и отточенным, едва заметным жестом убирает их в карман.

— Удачи, гражданин Чернышевский. Не нарушайте, — едва заметно ухмыляется он.

А после милиционеры преспокойно уходят.

Ну, здесь, бесспорно, один-один. Нормально так мордатый его подколол, у Вовчика чуть сердце не остановилось. И кто ему виноват, сам ведь нарвался?

Вова какое-то время стоит и даже не шевелится, слушает удаляющиеся шаги ментов, видимо приходит в себя, или опасается, что они вернутся.

Из ступора его выводит Лиза, вновь открывшая дверь.