Поле глициний

Теперь его фавориткой была танцовщица Тамамо-но маэ. Будучи все время рядом с императором-иноком, она могла помешать планам наставника. Синдзэй объявил, что Тамамо-но маэ виновна в болезни Тобы, ибо она на деле злокозненная лисица-оборотень.

Императрица поддержала Синдзэя, и напуганный Тоба велел изгнать гадкую кицунэ. По столице поползли слухи, что разоблаченная праведным наставником, кицунэ превратилась в камень.

Найти камень подходящих размеров было довольно трудно. С девицей все вышло гораздо проще.

И Синдзэй даже не потрудился узнать, где верные послушники оставили ее тело.

Да, от кицунэ избавились, но здоровье Тобы не улучшилось, совсем наоборот.

А потом умер хилый, слабый здоровьем Коноэ.

И тут Синдзэй нанес удар, к которому история с кицунэ была лишь подготовкой.

Всему виной, и болезни императора инока, и внезапной смерти Коноэ – черная магия, сглаз и порча! – заявил он. И представил императору-иноку куклу в императорских одеждах, в которую были вбиты гвозди. Эту куклу, благодаря явленному наставнику видению, нашли в поместье Аку Сафу!

В единый день бывший уже садайдзин лишился всех своих должностей и придворного ранга, и оказался под домашним арестом.

Ясно было, что небеса поддерживают замыслы наставника.

Нужно было избрать нового императора. Казалось бы, в чем сложность, в императорском роду достаточно принцев. Но как раз это сложности и создавало. Собравшиеся у одра умиравшего Тобы министры продвигали свои кандидатуры. Императрица, ранее во всем послушная наставнику, вдруг возжелала видеть на престоле свою старшую дочь, и находились такие наглецы, что ее поддерживали, как будто не существовало эдикта, запрещавшего женщинам править.

Поднял голос забытый всеми Сутоку. Он требовал, чтоб его сыну, обманом устраненному от наследования, вернули положенный императорский сан. Виданная ли дерзость! Синдзэй приложил все силы, чтоб Сутоку не допустили во дворец, а императором избрали его кандидата - принца Масахито – не чтобы дурачка, но юношу, не блещущего способностями, как раз такого, как нужно.

Уже почти в агонии, ослепший Тоба утвердил решении Синдзэя, и принц Масахито стал императором Го-Сиракава.

Обезумевший от ярости Сутоку бросился к своему свояку Ёринаге, и вместе они состряпали заговор, чтобы свергнуть Го-Сиракаву. Это было нетрудно предвидеть, даже если бы у Синдзэя не было соглядатаев. К этому времени Синдзэй заручился поддержкой воинских родов, главным образам Тайра.