Легенды Соединенного Королевства. Мир Света

Огонь костра, дым поленьев и истошные крики, вот что очистит твои грехи перед Урахом. Мне следовало бы поднять на уши всю деревню…

Джокс запнулся и облизнул белёсые губы.

– Но? – подтолкнул его я.

– Это мой долг, и я все ещё могу исполнить его…

– Ты ходишь по кругу.

– Мне необходима помощь в одном щекотливом деле, – выпалил Джокс. – Ты понимаешь, о чем идёт речь?

– Пока нет, – с улыбкой ответил я.

Монах сощурился.

– Сделай кое‑что для меня, и я буду держать язык за зубами.

– О том, что как ты выразился, я нечестивый?

– Верно.

– Ты точно перебрал.

– Если откажешься, то попадёшь в смертельную передрягу.

– Пытаешься шантажировать меня?

– Мне видно, кто ты.

Я расхохотался, Крикс бросил на меня взгляд полный презрения. Как можно смеяться, когда с тобой говорит брат света?

– Ладно, старик, ты раскусил меня, но тебе от этого мало проку. В моём кармане лежит бумага, заверенная личной печатью королевы Элизабет Тёмной. Я обладаю статусом неприкосновенности.

Я улыбался, смотря на осунувшееся лицо Джокса.

– Ты действительно имеешь при себе официальный документ?

– Можешь не сомневаться.

Я показал краешек письма из выемки шубы.

– Если по твоей милости меня что‑то задержит в этом захолустье, и я не прибуду ко двору в срок, то ты наверняка отправишься гнить в самую сырую клетку королевского каземата. Там ты познакомишься с такими забавными вещицами как «колыбель» и «груша». Никогда не сидел на деревянной пирамидке со спущенными штанами? Нет? Тюремщик с радостью восполнит этот досадный пробел в твоей жизни.

– Моё положение безвыходно. Мне нечего терять, и я готов рискнуть испытать гнев Её Величества. Пусть на кону моя жизнь – это неважно, я подниму тревогу и выдам тебя, нет, вас всех людям деревни. Даже если вы успеете меня убить, скрыться вам все равно не получится. Уже через пять минут каждая собака в Подлунных Пеньках будет лаять о шайке богомерзких колдунов, поклоняющихся Назбраэлю.

Джокс твёрдо посмотрел на меня, однако ответа не дождался. Я невозмутимо и чуть насмешливо его разглядывал. Спустя секунды, которые для моего оппонента наверняка показались вечностью, старик, несколько стушевавшись, продолжил:

– Ни ты, ни я не хотим отступать от своих принципов. Значит, кому‑то из нас надо пойти на компромисс. Пусть это буду я.