Император Пурпурных Небес. Том Первый

– Фыркнув, Городской Лорд вместе с Ло Яном сели на свои места за обломками стола.

Дю Мин тоже сел за стол, но не убрал свою саблю обратно в ножны, оставив её угрожающе лежать на столе.

- Мужчины обнажают свои клинки чтобы напоить их кровью, а не выставить на показ, убери саблю и не позорься. – С пренебрежением произнесла Фу Шуйли, Левый Защитник Виллы Семи Ветров.

- Что ты сказала? Чертова ста… – Крикнул разгневанный Дю Мин.

- Молчать! – Человеком, прервавшим Дю Мина, к удивлению, был Сун Хэйцзю.

- Но… – Змей-губитель хотел было что-то сказать, но его снова прервали.

- Я сказал молчать, и убери уже свою саблю со стола! – После чего он перевел свой взгляд на тощую старуху и сказал. – Прошу прощения, госпожа Фу. Он не хотел вас обидеть, это просто недостаток его манер.

- Тогда тебе следует озаботится и преподать ему манеры прежде чем его паршивый рот станет причиной его смерти.

- Конечно, госпожа Фу, я займусь этим. – Вежливо согласился Дворцовый Лорд.

Сидя в соседней комнате и глядя на разразившийся конфликт, Мо Цзытянь был ошеломлен подобострастным поведением Сун Хэйцзю.

Раньше этот человек не обращал особого внимания ни на кого из присутствующих, успел поссориться с Сектой Ясного Неба и Боевой Клеткой, не выказывал должного почтения Торговой Палате Трёх Лун в лице Ху Лянцзу и даже угрожал Королю Чу, но теперь он обращается к старухе из Виллы Семи Ветров как к госпоже Фу.

- Почему Дворцовый Лорд Сун настолько раболепен с ней? Судя по его раннему поведению, это совсем не в его характере.

- Нет, но в Стране Холмов ни один человек пребывающий в здравом уме не рискнёт её оскорблять, и это связано с её мужем.

- А кто такой её муж?

- Правый Защитник Виллы Семи Ветров.

- Он очень силен? Мне показалось что Вилла Семи Ветров и Змеиный Дворец Поклонения находятся примерно на одном уровне.

- Он силён, но дело не совсем в этом, в Змеином Дворце Поклонения найдутся люди равные или даже превосходящие его по силе.

А ещё он печально известен тем, что очень бережлив по отношению к своей жене, никто из тех кому не посчастливилось её когда-то оскорбить сейчас мертвы.