Осколки: Когтем по стягу

Саге даже показалось, что все так и будут стоять, переглядываясь, однако…

Стоящая рядом с девушкой, как и вчера, рослая феллин дёрнулась влево и послышался хруст.

Дальнейшее нельзя была описать более никаким словам, нежели хаос.

Сага рванулась вперёд, её едва не поразило копьё, пущенное кем-то позади. Девушка припала к земле, чтобы схватиться за верёвку и как раз вовремя, ведь прямо над её головой пролетело чьё-то тело с неестественно вывернутой шеей.

Звуки битвы нарастали, но Сага уже поняла, что единственным её спасением станет бегство в тоннели и гроты Колодцев, ведь выжить она может лишь благодаря своей смекалке.

Девушка обхватила верёвку ногами и руками, принявшись спускаться. Вдруг, прямо ей в лицо ударили ногой сверху.

Сага едва не рухнула вниз. Её спасла лишь реакция и удача. Правая рука зацепилась за соседнюю верёвку, а когти «сплавились» по ней до боли.

Вновь удар. Феллин из какого-то явно степного клана, судя по светлому цвету кожи, попыталась вновь скинуть Сагу вниз, однако девушка уже была к этому готова.

Хлынул фонтан крови и нападавшая, обезумев от предсмертной агонии, рухнула вниз интуитивно пытаясь закрыть страшную рану на шее.

Сага же в миг перепрыгнула на следующую верёвку, поняв, что перемещение таким образом куда быстрее обычного спуска.

Ещё прыжок с солидной высоты и девушка уже на земле. Она спружинила на четвереньках и кувыркнулась, сразу же побежав к первому попавшемуся проходу на нижние уровни Колодцев Скорби.

Над её ухом прожужжала стрела, что врезалась в камень и отрикошетила в сторону. Сага зарычала, и со всей возможной скоростью устремилась в небольшое отверстие, размером едва ли превышающее её собственное тело. Девушка принялась работать руками, протискиваясь и молясь всем Богам и Богиням, что знала, дабы этот проход не был тупиковым.

Звуки ударов и криков становились всё отдалённее по мере того, как Сага ползла и ползла, буравя землю своими когтями. Иногда молодой феллин казалось, что её расплющит стенами сверху или же сбоку. Идея забраться сюда виделась ей всё менее и менее обнадёживающей, особенно когда света не стало хватать даже для её отсвечивающих в темноте лиловым блеском глаз.