Наёмник

Рядом с ними лежала гора золота, которой хватит им на всю жизнь. Но на этом сюрпризы не кончились. Через некоторое время из волн прибоя, отплёвываясь от морской воды, вышел капитан Фернандо, волоча за собой огромный сундук с жемчугом. Восторгу матросов не было предела. А я, не придумав, что нам делать дальше, просто откинулся и посмотрел на своих друзей.

— У кого ещё какие идеи?

Эпилог

— Ты точно решил? — спросил Иерофант, стоя у меня за спиной.

— Трог был прав, — ответил я. — Настоящими богами мы станем ещё очень нескоро.

Для этого нужно прожить не одну человеческую жизнь. Я прожил уже две, теперь готов к ещё одной. Полной приключений и опасностей, а когда умру, снова окажусь здесь.

— И ты даже не сделал для себя никаких дополнительных способностей? — удивился он. — Мог бы стать магом.

— Так не интересно, — я улыбнулся. — Я даже тело оставил прежнее, только слегка его омолодил. Ну, и создал новую биографию, подниматься из пастухов мне не понравилось.

Обнявшись с друзьями, я щёлкнул пальцами.

В воздухе открылся светящийся портал. Вообще-то, никакие жесты тут были не нужны, всё управлялось силой мысли, но мы ещё не избавились от человеческого, нам это пока требовалось. Немного напрягшись, я шагнул в портал…

…огромная библиотека графского особняка слабо освещалась дневным светом из больших окон. Снаружи накрапывал мелкий дождь. Десятилетний мальчик с огненно-рыжей шевелюрой сидел за столом и прилежно, стараясь не разбрызгивать чернила, писал пером слова в тетрадь.

Сзади послышались шаги. Сзади послышались тихие шаги. Я обернулся и увидел, что по длинному проходу между книжными полками идёт немолодой господин. Он был высок ростом, худ, на голове имелась большая залысина, а лицо обрамляли пышные седые бакенбарды. Граф Уильям Родс, мой отец. Я был его младшим сыном, и он меня не особенно любил. У него имелись большие сомнения в нашем родстве. Насколько я знал, по местным традициям люди женятся не по любви, а по приказу родителей, а пожив вместе десяток лет и родив нескольких детей, почти официально, с ведома друг друга, заводят любовников и любовниц.

Само собой, что при таком раскладе младшие дети отнюдь не пользуются благосклонностью.

— Доброе утро, отец, — я встал и повернулся в его сторону.

— Доброе утро, Эрик, — граф присел на соседний стул. — Вижу, ты занимаешься, это похвально. Я хотел бы с тобой поговорить, присядь.

Я присел на стул и приготовился слушать.

— Так вот, Эрик, — начал граф.