Наёмник

— Убитые принадлежали к знатным родам, среди своих они могли бы урегулировать этот вопрос денежной вирой, но к чужеземцам применима только кровная месть. Родственники убитых не простят им того, что они даже не попытались отомстить. Он просит меня дать разрешение на судебный поединок. Вообще-то такая практика у нас есть, но применяется она, как правило, к другим случаям.

— Наш друг тяжело болен и не может сражаться, — немедленно заявил Иерофант.

Вообще-то сражаться он мог, я был уверен, что Аркон легко порубит в капусту любого из этих русых бородачей, вот только убивать ему нельзя.

— Если вы разрешите поединок, — спросил я. — То могу поучаствовать в нём я? Их удовлетворит моя кровь?

Судья задал вопрос, старый викинг долго думал, потом кивнул.

— Так тому и быть, — выдал вердикт судья. — Я разрешаю поединок, независимо от его исхода, конфликт будет считаться полностью исчерпанным, и ни одна сторона более не будет иметь претензии к другой. Прошу вас пройти во двор.

Двор, где должен был состояться судебный поединок, был довольно просторным, городские стражники и группа поддержки северян образовали круг диаметром в семь или восемь метров, что вполне достаточно для манёвра.

В качестве бойца они выделили двухметрового верзилу с длинными волосами, заплетёнными в косу и короткой светлой бородой. Он был одет в кольчугу, на голове был шлем-шишак, а в руках он держал тяжёлую двуручную секиру — любимое оружие северян, которое он сейчас вертел в руке, как соломинку.

Я уже был в доспехах, только надел на голову привычный уже шлем с полями. Бояться было нечего. Противник силён, но я уж точно сильнее, высокий рост и длинные руки дают ему кое-какое преимущество, но у меня есть свои козыри. Сейчас ему придёт конец.

Мы уже встали на исходную, я поднял меч, сверкнув клинком на солнце. Но противник мой вдруг остановился и быстро что-то сказал своим.

— Они говорят, что бой будет нечестным, требуют, чтобы ты взял другое оружие.

— Трус! — выкрикнул я ему, и по выражению его лица догадался, что слово это он понял без перевода. Разозлил он меня неслабо. Хотелось ещё плюнуть ему в рожу, но он стоял слишком далеко. — Если ты женщина, то так и быть.