Месть Империи 4. Бремя Власти

— Кто у вас сейчас главный вместо Исидора?

Ответа не последовало, но взгляды четверых инстинктивно дернулись в сторону одного, и тот, сжавшись, опустил голову.

Это не осталось без внимания, и цезарь остановился напротив стоящего на коленях молодого человека.

— Имя?

Священник молчал, не поднимая глаз, и легионер за его спиной с силой пнул его ногой в спину.

— Отвечай, когда тебя спрашивает император!

Распластавшийся на земле, служитель поднял разбитое в кровь лицо.

— Иеремий, мой господин. — В его глазах застыло удивление, перемешанное с ужасом.

— Старший послушник Иеремий.

Иоанн присел на корточки и взглянул в глаза лежащему на песке человеку.

— Где девушка, Иеремий?

— Какая девушка? — В расширенных зрачках вспыхнуло искреннее непонимание, и Иоанн недовольно поморщился.

— Скажи мне, где девушка, Иеремий, и я обещаю, вы умрете быстро и безболезненно.

— Я не-е-е зн-н-аю! — По смотрящему на Иоанна лицу потекли слезы. — У нас не-е-ет никакой девушки.

Цезарь поднял мрачно-вопросительный взгляд на Велия — «что будем делать?», и тот задумчиво почесал подбородок.

Пытать человека ему уже приходилось и не раз. Сейчас его останавливало совсем другое. Интуиция подсказывала старому солдату, что здесь что-то не так. Этот слуга трибунала не врал, в таком деле Лука знал толк.

Он молча присел рядом с цезарем и уставился немигающим взглядом в лицо послушника.

— А парень? Тот, кого вы похитили? Он где?

В ответ, в глазах лежащего вспыхнула искра безумного страха.

— Я не знаю. Его забрали.

— Кто? — Лука жестко схватил пытающееся отвернутся лицо.

— Я не-не знаю.

Вот теперь Велий видел, что послушник врет и, сжав ладонь, заставил того скривиться от боли.

— Кто забрал?

— Я не знаю, поверьте! — Молодой служитель почти завыл, обливаясь слезами. — Поверьте мне!

Не отпуская скулящего священника, Лука вопросительно взглянул на цезаря, и тот, поморщившись, отрезал:

— Он врет.

Молчаливо согласившись с Иоанном, Велий вытащил нож, и перехватив жертву за ухо, одним движением отсек его под самый корень.

Рот послушника распахнулся было в отчаянном вопле, но широкая ладонь комита зажала его раньше.

— Ты же слуга Трибунала, — взгляд Велия уперся в переполненные болью глаза, — о пытках знаешь не понаслышке. Не мучай себя. Просто скажи, и все закончится.

Священник что-то замычал, и Лука ослабил нажим.

— Логофет! — Потрескавшиеся губы скривились невыносимой мукой. — Его забрали люди Сцинариона!

Глава 2

Допрос остальных служителей ничего нового не принес.