Первичное попадание

Петр Эммануилович споткнулся и упал. Карл, заметив обессилевшего старика, подошел и помог ему подняться. Слой снега постоянно увеличивался, идти становилось труднее с каждым шагом. Поднималась метель.

— Но он изменился, я тебя понимаю, — заговорил парень, беря старика под руку. — Бессчетное количество времени сильно сказывается на людях.

— Карл, у меня семья, дети, дорогой мужчина, — произнесла девушка, осуждая себя. — Я их чуть не предала.

— В момент слабости, — поддержал ее и успокоил Карл. — Ты была разбита, не знала, как все обернуться, а он оказался рядом.

— Но дети, семья… что… — Сюзанна не решалась озвучить вопрос.

— Он до них не доберется, я тебе обещаю, — ответил Карл. — Сопротивление не даст ему спокойно разгуливать по северным землям, мы в одной лодке.

— Я… боже, я очень сильно на это надеюсь, — жалобно сказала Сюзанна.

Петр Эммануилович окончательно обессилел, повис на Карле, а после упал в снег. «Мне недолго осталось», — он догадывался, что группа, потеряв Марта, изменила маршрут.

— Он умирает, — сообщил Сюзанне парень.

Девушка развернулась и подошла к старику. Его состояние выглядело очень плачевно: синие губы, бледное лицо, дрожащие фиолетовые пальцы. Петр Эммануилович прерывисто дышал, дела последние глотки воздуха. Рони выполз из рукава его одежды и с печалью в глазах переполз на Сюзанну.

— Что же делаем? — прошептала девушка.

— Мы боремся за наших детей и счастливое будущее, — Карл схватил ее за плечи.

— Я уже не знаю… — говорила девушка, упав на колени.

— Ты сказала мне, что готова идти до конца, Сюзанна, — Карл заглянул в наполненные отчаянием глаза девушки. — Я спросил, а ты ответила: «Я готова на все».

— Знаю, Карл… и… я старюсь… — Сюзанна не могла подобрать правильных слов, чтобы описать бушующие внутри нее чувства.

Пока Карл пытался утешить Сюзанну и вернуть ей уверенность в победе, Петр Эммануилович ушел в небытие. Его конечности перестали дрожать, а тело недвижимо замерло, замурованное в снегу, и начало метаморфозу.

— Осталась пара часов пути и самое трудное останется позади, — говорил Карл Сюзанне, когда Жорж очнулся.

— Смерть от холода, такого я еще не испытывал, но по воспоминаниям старика — довольно болезненно, — произнёс Жорж, поудобнее устроившись в снегу.