Топ в теле аутсайдера: Отбор

В отличие от своих братьев и сестёр из первой двадцатки, а то и тридцатки наследников, имел сильно отличимые от большинства людей габариты тела. Иннокентий был на самой грани, два метра с небольшим, пара сантиметров сверху, со стороны просто очень высокий человек. Они обменялись рукопожатиями и хоть рука принца для медведеподобного старейшины Грибоедовых походила на детскую, по силе не уступала его.

– Дальше я не успел пройти, прибыл совсем недавно, а вандализмом заниматься не хотелось, так что пришлось дожидаться тебя в офисе и никого из твоих людей не трогал.

– Зачем влез в систему? – раздражённо фыркнул Грибоедов. – Мог бы написать, я бы распорядился, чтобы тебя пропустили внутрь!

– Хотел сделать тебе сюрприз. Не сердись так, мы же с тобой старые приятели, да и с Николаем ты что-то так не общаешься.

– Ты сюда прилетел отношения выяснять или поговорить о деле? – смотрел на него с вызовом Виталий.

– Ладно, ты же наш деловой. А то бы ты бизнес по астероидным дачам затевал, если бы был занят.

– Может ты не слышал, но твой отец возвращается в этом году к началу сентября, так что не важно, чем я занимался раньше, у всех сейчас появились дела. Очень много дел связанных с Землей и думаю у тебя тоже их хватает, иначе бы не прилетел ко мне.

– Хм. Давай обсудим это в более подходящем месте. Где же твои манеры, гостя в гараже держать.

– Хотелось бы покороче, но так, понимаю, не получится, – скривился недовольно Грибоедов.

– Не получится! – твёрдо настоял принц. – Надеюсь, пару бутылочек хорошего марсианского виски разговорят тебя.

На своей небольшой базе, которая одновременно выступала и основным домом в астероидном поясе, Грибоедов не держал много прислуги. Мало простолюдинов могли переносить условия искусственной гравитации. Но всё таки несколько, с высокими магическими показателями, у него были, как и полагается, он послал принцу служанку, чтоб его расположили в покоях.

Через полтора часа, как оба привели себя в надлежащий вид после перелёта, они встретились в просторной гостиной зале, обставленной в стиле минималистического футуризма, всё, как любил Грибоедов.