Против всех

Убийца только благодаря рефлексам успел отстраниться, от буквально взорвавшейся за его спиной стены и как в фильме с замедленным действием наблюдал, как из разлетающихся камней, вылетает миниатюрный женский кулачек и врезается ему в грудь.

Его нагрудник громко скрипел от чудовищной силы удара, тело Владимира словно пушинку, отправило в полет, и даже стена соседнего здания не смогла его остановить. Убийца с огромным трудом поднялся на ноги и рукой расстегнул застежки смятого, мешающего дышать нагрудника, и только после того, как груда железа ударилась о пол, он смог вздохнуть полной грудью, а в разрушенное помещение, соблазнительной походкой вошла Хвои.

- А ты живучее, чем кажешься, и интересными артефактами балуешься, - произнесла она, сминая ствол выроненного им пистолета, своей ладонью.

Она монстр, Владимир в очередной раз убедился, что с этой дамой лучше не шутить и валить ее наверняка, но все же страшно было наблюдать, что в такой хрупкой и красивой женщине, помещается столько дикой силы.

Режим монаха из монастыря Клыка Небесного Дракона привычно, практически остановил его время, и это возможно последний раз, когда он его использует, он не хотел давать и шанца этому монстру в женской оболочке, он будет бить и ломать ее тело, пока не умрет сам.

В помещении стояла стена пыли, которую Владимир с некоторым трудом проминал, двигаясь к противнику, к его удивлению Хвои, успела что-то почувствовать, и на ее лице медленно поступало удивление с примесью некоторого раздражения.

Во время режима монаха, Владимир ничего не получал кроме опыта мастера монаха, его сила и ловкость не менялись, но опыт как оказалось страшная вещь, и его тело благодаря открывшимся на несколько мгновений знаниям, использовало скрытые возможности и все резервы организма, о которых, он хозяин, никогда не подозревал.

Первый удар кулаком, медленно состыковался с ее лицом, и Владимир был рад ощущать, как ломается ее весьма прочный нос, лицевые кости, челюсть, скулы. Вторым движением прямой ладони он хотел вырвать ее сердце, и пальцы уже прикасались к ее груди.

Плоть неохотно поддавалась, будто он давил суховатый пластилин. Неожиданно ее тело дернулось назад, не давая Владимиру нанести правильный удар, рука продолжила путь скользя по ребрам оставляя длинную, ровную, резанную рану.

Владимир сильно удивился, Хвоя каким-то образом смогла ускориться до скорости, не уступающей ему, а из ее ран начали выходить потоки вонючего пара.