За...1.

– И как это понимать? Проклятые крысы! – Жало наконец успокоился и, сев на пол, прислонился к стене.

Сбоку выпустил клуб пара Падший. В отличие от остальных он не просто выглядел побитым – правая рука демона была наполовину отрезана в районе плеча.

– Сейчас подлатаю, – буркнул Алхимик и с охами и потиранием собственных синяков переполз к товарищу.

Лечебные мази он всегда хранил в баночках из более твердого стекла, чтобы в пылу битвы они не разбились. С легким свистом крышечка провернулась, и лечебная мазь оказалась на пальцах старика.

От прикосновения руки к оголенной плоти Падший выпустил новый клуб дыма.

– Потерпи, скоро зарастёт, – успокоил его Алхимик.

– Не зарастёт.

Алхимик вздрогнул и обернулся. Падший и остальные заключенные также перевели взгляд на темный угол коридора. Оттуда, придвинув к их клетке стульчик, вышел аккуратно подстриженный мужчина. Единственный зажжённый факел колыхнулся, осветив улыбающееся лицо.

– Ведун, – Палач встал и, подойдя к решётке, остановился напротив лидера гильдии "Отверженные".

– Приятно, что ты помнишь мое имя, – мужчина улыбнулся и перевел взгляд на Алхимика, вставшего перед выбором послушаться слов их врага или попытать счастья. – Старик, не мучай зря проклятого крылатика. Прутья этой решетки были сделаны специально для таких гостей, как вы. Они быстро поглотят вашу манну, поэтому на навыки или зелья лучше не надейтесь.

– Скотина! – Жало мигом оказался возле лидера. Схватившись руками за прутья, он с ненавистью глядел на Ведуна.

Падший согласно зашипел, выпустив из-под шлема клуб пара.

– Фу-фу, какие у тебя бескультурные люди в гильдии, Палач, – Ведун помахал рукой перед своим носом, будто присутствие Жала и Падшего в одном с ним помещении было просто омерзительным. – они мне неинтересны, так что пусть не мешают разговору.

Жало зарычал от злости и попытался дотянуться сквозь решетку до своего обидчика, но только его руки оказались за прутьями, как по ним тут же пришелся мощный удар тростью из рук Ведуна.

– Успокойся, Жало, – сказал ему Палач. – я сам с ним разберусь.

Жало фыркнул, но отошел к стене. В словесных баталиях он был не особо силен, а руками дотянуться до противника у него не было никакой возможности.