Белый маг

Лучше врагам (а то, что это враги – я не сомневался) было не знать о том, что я вообще знаю об их существовании и считаю стычки с другими новиками просто игровыми разборками.

Как бы там ни было, даже если они решили стреножить коней, мне следовало как можно скорее ускользнуть от внимания этих неприятных типчиков. Благо, похоже, они не имели возможностей для постоянной слежки. А значит, достаточно было покинуть Недарн и найти меня будет довольно сложно. Но соваться во внешний мир с таким невысоким уровнем, было смерти подобно.

Когда я подошел к лагерю неписей около Сада Павлинов (стервозная эльфка свалила на рассвете, а я, как следует выспавшись в шкафу, вслед за ней), здесь уже тусили Анька и Иваныч. Наш танк выглядел так, будто всю ночь танцевал джигу с чертенятами, а не дрых на столе в трактире. Игровой сон так и не смог выбить из него похмелье.

– Ты когда ушел? Последнее что помню, так это, как подкатывал к официантке… вот уж точно, бес в ребро…

Забавно. А вот я этого момента совершенно не помню.

– Тебе везет… ты хоть что-то помнишь, ха-ха…

– Покуролесили, мальчики? – с некоторой завистью вопросила Анька, но Иваныч поспешил ее успокоить.

– Если бы… – эхом отозвался танк. - Это были скрипучие беседы двух старперов… Ты прав, Джо, пора с этим завязывать, – добавил он, обращаясь ко мне.

– Я что-то пропустил? – вопросил подошедший Ганин.

– Ничего такого, о чем бы следовало жалеть…

Кажется, Иваныча даже несколько расстроило, что вместо кутежа мы придавались «скрипучим беседам».

Сегодня пошли дальше. В самую южную часть Локации, туда, где тусили Вожаки Павлинов. Место было «вкусное» и… не пустое.

– Черт, и тут занято, – выругался я, когда мы заглянули уже на третью по счету полянку для кача.

Тут, также, как и на предыдущих двух, стояла пати новиков. На небольшом пригорке стояли три мага и баффер\хиллер, неплохо упакованный танк же делал по поляне огромный круг, наагривая на себя добрый десяток Павлинов. Они с визгами и злобным шипением пытались достать его когтистыми лапами, но танк ловко уворачивался от ударов, а самых наглых щелкал по носу каким-то Умением в виде огненной оплеухи.