Эпоха возрождения

Ни треск сгибаемого удилища, ни звон натянутой лески, ни дрожание джойстика уже не будоражили нервы и не пробуждали азарт. Даже не смотрел, какая рыба попалась, лишь по её очертаниям в воде догадываясь, что это — белянка, это усач, а это сундучок или ларец. Только нечастые нападения рыбоморфов, которые к утру стали чуть более активны, заставляли встряхнуться, но воспринимались с обреченностью — дроп у них оставался неизменным: «Обычная наживка». И лишь раз вместе с наживкой с этого чуда размером с Део Метиз упала серебряная чешуйка.

Устал, даже костры не обновил, лишь бы побыстрее закончить. Все мысли были о том, что пора бы умыться, выпить чашечку чая с молоком и завалиться спать. Видимо, староват я уже для круглосуточных бдений.

— Ой, я не знала, что тут кто-то есть! Простите, но я вас подставила! Тут по воде можно уйти? А если отплыть на середину, они не будут преследовать? Что же всё как-то неудачно получается-то?

— Что? — бывает, я туго соображаю, особенно, когда инфа выдаётся со скоростью зенитной пушки — куча слов в секунду.

— Паровоз! Точнее, Орда! — в голосе рыжеволосой лучницы, одетой в серое платьишко и в такие серые невысокие сапожки, слышались нотки паники и вины.

— ...ять!

— Точно, но я не виновата! Это всё белый кролик!

— Угу! Белый кролик виноват, ну конечно... — заметил я сам себе, бросаясь к проходу между кустов. Из всего сказанного я понял только про «паровоз».

— Чёрт! — к нам мчалось стадо сло... табун кроликов. А впереди, хм, действительно белый кролик, так и написано кроваво-красными буквами у него над головой. Моб был раза в три больше обычных серых ушастых собратьев.

— Я же сказала, что это не я! Это белый кролик... — оправдывалась лучница, оказавшаяся почему-то рядом.

— За спину!

Я оценивающе посмотрел на проход между кустами. Он, раньше казавшийся узким и труднопроходимым, на деле оказался довольно широким. Двумя кострами точно не перекрыть — придётся помирать.

— А лучше беги в воду. Проплывешь вдоль кустов, на другом пляже выйдешь. Я этих пока задержу! — одновременно я кастовал костры по краям прохода. Осталось узкое пространство, как раз мне со щитом встать.

— Ты что? Драться собрался?

— Умирать — я не «танк».