Сломанный мир

— Это маловероятно. Он умер задолго до твоего рождения, — сообщает мужчина, грустно улыбнувшись.

— И все же, — не сдается Клеа, — есть вероятность, что вы не правы, Том Линдел. Это же ваше имя?

Три пары глаз немедленно приковываются к девушке в кресле. Я не припомню, чтобы кто-то из нас упоминал в разговорах фамилию Томаса и Лили, даже просто по имени Томас точно не представлялся. Впрочем, своего имени я ей тоже не назвал. Услышала и запомнила их раньше?

— Верно, — утвердительно кивает мужчина, — и, к сожалению, я уверен, что тот волк погиб.

Несмотря на твердость, с которой мой опекун произносит эти слова, я отмечаю, что улыбка окончательно покинула его лицо, а глаза наполнились печалью. Клеа в другом конце комнаты шумно вздыхает, заставляя меня повернуться на звук. Веки девушки опущены, но это не мешает ей неторопливо спустить ноги с кресла и распрямить плечи. Невольно удивляюсь, с какой грацией и непринужденностью она это делает.

— Вы ошибаетесь, — уверенно заявляет Клеа, держа спину ровно и едва склонив подбородок, словно дива из высшего света.

— И кто же твои родители? — осторожно спрашивает мужчина, нахмурив лоб.

Мы с Лили переглядываемся. Неужели, родители этой девчонки и впрямь родом из Ярринсталла, также как Линделы? Может ли быть, что Томас действительно знал их?

— Знакомы ли вам имена Тихерон и Аланамель Вартиз? — обращается к нему девушка.

В одно мгновение Томас меняется в лице и крепко сжимает подлокотник кресла. Лили с тревогой смотрит на отца. Я же, не сразу, но соображаю, что имя Аланамель мне тоже знакомо. Затем вспоминаю, что накануне рассказывала мне Клеа о своей матери, и ответ приходит сам собой.

Аланамель — имя одного из двух фениксов, с которыми Томас был знаком в своей молодости. Он говорил о ней редко и действительно упоминал, что та погибла еще в юности.

— Это невозможно... Я же сам видел, как Лану и того волка погребло под лавой... — бормочет он.

Что еще за мутная история с лавой?

Возвращаю пустую чашку на блюдце и смотрю на Лили, силясь понять, известно ли ей что-то. Подруга выглядит задумчивой, но никак не удивленной. Похоже она, и правда, осведомлена куда больше, чем я.