Сломанный мир

— О, птенчика загнали в угол и заставляют учиться летать? — усмехается Клеа. — Наконец осознал, что лучше быть фениксу другом, чем врагом?

Непросто игнорировать ее издевки, она ведь знает, что выбор у меня не велик. Однако раз в моей жизни опять все идет черти как, то по крайней мере надо постараться урвать максимум пользы от ситуации. Пускать кого-то еще в свою маленькую крепость мне совершенно не хочется, однако сейчас это не столь важно.

— Так ты согласна? — просто спрашиваю в ответ.

Молча и явно без особого желания, Клеа вновь поднимается и бесцеремонно проходит мимо, грубо протаранив своим плечом мое.

— Шевелись. Пока я не передумала, — бросает она, и не оглядываясь устремляется вглубь коридора.

Прежде чем последовать за девушкой, еще раз смотрю на Летицию. Та напряженно провожает глазами Клеа, потом чуть задерживает взгляд на бутылке в моей руке и, подняв взор к моему лицу, тихо произносит:

— Удачи.

— Не переживай, — улыбаюсь сестре. — Я очень скоро заберу Ширану.

Девочка улыбается мне в ответ.

Эта ее улыбка, как лучик света, вселяет немного больше веры в то, что все получится и я непременно справлюсь с поставленной задачей. И все же, к выходу я иду, не спеша, с тяжелым сердцем, словно направляюсь на собственную казнь. Ведь все, что должно будет последовать дальше, мне крайне не нравится.

Волчицу я нахожу уже на улице, и если теперь на мне есть какая-никакая обувь, то Клеа так и вышла во двор босая. Совесть немного гложет меня и по этому поводу, но не уверен, что здесь в принципе отыщется что-либо подходящее девушке по размеру, еще и для прогулок по лесу.

Пожалуй, платье тоже не соответствует предстоящей задаче, однако времени на поиски походной одежды у нас нет.

Стараясь примирить себя с душевными терзаниями, засовываю бутылку в карман джинсов, проверяю, надежно ли она держится, и поднимаю глаза к своей спутнице.

— Зачем это? — тут же спрашивает Клеа, кивая в сторону бутылки.

— Кто знает, как долго провозимся. Вдруг жажда замучает, — спокойно поясняю я.

— Может тогда и еды захватишь, и одеяло? Мало ли, заночевать придется, — подтрунивает меня она.

— Уверен, до этого не дойдет, — заверяю собеседницу и развожу руки в стороны. — Давай, я готов.

— К чему? — удивляется девушка, глядя на мое призывно распахнутое объятие.

— Лететь, — отвечаю также удивленно.

— Ногами пойдешь, — фыркает Клеа и, развернувшись, бодрым шагом направляется прямиком к воротам.

— Но быстрее же выйдет, — расстроенно опускаю руки и тороплюсь за ней следом.