Сломанный мир

Там, на месте стычки с монстром, они казались мне гораздо глубже, я даже переживал, что волк больше не жилец. Рад, что обошлось.

Но ветеринар бы в самом деле не помешал. Раны пусть и неглубокие, обработать и зашить их все-таки стоит. Не уверен, что в моем доме найдется все необходимое, да и не врач я. К тому же первая помощь дикому животному — затея сама по себе рискованная. Впрочем, раз уж впустил в дом волка, изображать овечку поздно. Хищники, как правило, чувствуют страх своих жертв, а эта роль сегодня меня совсем не вдохновила.

Сохраняя невозмутимость, решительно направляюсь к кухонному гарнитуру, достаю из шкафа большую глубокую тарелку и наполняю водой. Затем возвращаюсь к волку, аккуратно опустившись на корточки, ставлю миску рядом так, чтобы тот смог дотянуться до нее, не вставая. Гость никак не реагирует на угощение и продолжает внимательно смотреть на меня, словно не понимает, чего я от него жду.

— Пей, легче станет, — поясняю поднимаясь. — Ты, похоже, немало крови потерял, нужно восполнить недостаток жидкости.

Волк моргает и недоверчиво опускает морду к тарелке. Он долго обнюхивает воду, разок хлопает хвостом по полу, затем наконец обмакивает нос, облизывается и только тогда принимается жадно лакать. Видимо, с этим пунктом я угадал.

— Вот и славно.

Пока хищник занят утолением жажды, я возвращаюсь на кухню в поисках глубокой емкости. Отыскав кастрюлю подходящего размера, оставляю ее в мойке наполняться горячей водой, а сам отматываю от рулона у раковины несколько одноразовых хлопчатобумажных полотенец.

Вместе со всеми материалами я располагаюсь на полу напротив пациента. Увидь кто эту картину со стороны, посоветовал бы мне немедленно обратиться к психиатру. Но вопреки моим опасениям, волк реагирует спокойно. Сокращение дистанции между нами не вызывает у него дискомфорта или настороженности.

— Я немного приведу тебя в порядок и промою раны, — зачем-то объясняю зверю, смачивая тряпки в воде и отжимая. — Возможно, будет немного неприятно, но ты уж потерпи, ладно? И постарайся не оторвать мне руки, пожалуйста.

Неожиданно для себя понимаю, что мне совсем не страшно. Помимо того, что это чувство атрофировалось от сегодняшних переживаний, сам волк кажется очень странным, слишком разумным, что ли.