Брошенная колония 2 Маховик неизбежного

- Сначала водой, а потом шаровую молнию в эту лужу брошу, что б вообще никаких претензий.

Стражи в серых мундирах, стоящие за спиной Леры и отлично слышавшие разговор, заржали. «Примитивное чувство юмора», - подумал Игнат и, приобняв Киру, пошел наверх.

- Подруга, где ты этого беспокойного егеря нашла? Бросай его, а то хлебнешь с ним лиха. Вон граф Ажарский до сих пор по тебе сохнет.

- Сомневаюсь, - обернувшись и улыбаясь, заявила девушка. - После того, как мы с ним попрощались, я слышала, он ходил, широко расставляя ноги.

Кроме того, я думаю, он уже догадался, кто в княжеском тереме потерял рецепт на его имя микстуры от потенции.

Стражи снова заржали, едва не валясь с ног, хохма была известная и злободневная. Поскольку Кира говорила громко, то ее слышали и остальные посетители и посетительницы «Северного ветра», и зала буквально взорвалась, похоже, данный граф уважением не пользовался. Кстати, Игнат вроде бы слышал эту фамилию от кого-то из егерей, вроде, что-то там про жадность звучало, типа, за чек удавится.

- Хорошо погуляли, - улыбаясь, продемонстрировав при этом свои ровные красивые зубы, подвела итог прогулке Кира. - Чувствую, скучно нам с тобой не будет, мы умудряемся найти проблемы в тихом и безопасном месте. Что же будет за стенами?

«Стрелок!» - неожиданно взвыл в голове Игната голос Фарата. Видок не стол разбираться, а просто сбив магичку с ног, ушел с линии огня, прикрывшись патрульным автомобилем, в лобовое стекло которого тут же угодила пуля, в разные стороны полетели куски стеклопласта.

- Под обстрелом, - не хуже сирены заголосил страж, оставшийся за рулем. 

«Фарат, где он?». «Уходит», - пришел незамедлительный ответ.

Игнат  рванул из кобуры пистолет и побежал следом. Джинн вел его какими-то закоулками. Несколько раз на дороге встречались пьяницы, один вообще загородил дорогу, сжимая в руках шоковую дубинку, наверное, он был слепым, раз не заметил пистолета в руку жертвы, а может, просто идиот. Игнат не стал останавливаться, просто выстрелил ему в ступню и побежал дальше.

Ночных обирателей пьяных он не любил, иногда даже больше, чем воров-карманников, у этих хоть было мастерство, а ночные рубилы очень часто переходили грань и убивали «клиента». Может быть, этим выстрелом, который наверняка оторвал грабителю ступню, Видок спас чью-то жизнь.

- Потерял, - сообщил Фарат. - Наверное, он активировал какой-то амулет, словно растворился.

- Веди туда, где он был последний раз, - приказал Демидов.