Кайрин: Чёрная дюжина

Как учитель шантажировал ученика из-за собственных корыстных мотивов! Кроме того, вы уже должны быть в курсе, кто мой отец? И всё же вы не позволяете попасть мне на экзамен? Когда он вернётся, он будет в бешенстве, что из-за вас исключили его сына.

– Я действую в рамках своих обязанностей! Ты не в состоянии посетить экзамен, потому что болен. Впрочем, я могу подумать об экзамене, если Стерн согласится…

– Он не согласится! – возразил я, загородив рукой не-лекаря, который порывался что-то сказать. – Это его жизнь, и только ему решать, как её прожить.

Глаза Малесы сузились. По ушам ударила тишина. Стены засветились зелёным, на полу и потолке засияли одинаковые золотые печати диаметром с комнату.

– Вам двоим пора отдыхать, – не меняя злого выражения лица тихо произнесла Малеса. – Я скажу, чтобы вас не беспокоили, ведь только сон поможет вам выздороветь… А на случай твоего, – она усмехнулась, – «свидетельства» у меня есть несколько полезных тебе лекарств. Говорят, у тебя с памятью проблемы? Что ж, моя обязанность помочь сыну директора её восстановить, – она улыбнулась.

Тело стало ватным. Я сделал неуверенный шаг в сторону Малесы, но она уже заперла дверь, оставив нас со Стерном в комнате лазарета одних. Золотистые печати мерно крутились вокруг своей оси сверху и снизу, голова становилась всё тяжелее.

Нельзя спать… Нельзя… Глаза закрывались… с этим было невозможно бороться. Я засыпал…

Глава 22. Экзамен

Вдруг сонливость прошла, я очнулся. Посмотрев наверх, я не увидел золотого круга.

Стены продолжали светиться изумрудным. Но печатей, навевавших сон, больше не было.

– Ты как, Рин? – спросил не-лекарь.

Я усмехнулся:

– Благодаря тебе, вполне ничего.

– Я плох в магии исцеления, но уж разрушить печать сна могу, – с виноватым видом улыбнулся он.

Подойдя к двери, я попробовал её открыть. Покрывавшая её зелёная плёнка во всю стену, пошла волнами и застветилась ярче.

– Нас заперли… – я грустно добавил: – Накрылся мой экзамен… – я посмотрел на часы. Меньше часа, нда… вот же я мастер находить неприятности на ровном месте. Лежал бы себе и лежал. Словно услышав мои мысли, Стерн произнёс:

– Ты… тебе нужно было и дальше притворяться, что спишь… Тогда бы ты смог попасть на экзамен.

Я обернулся к не-лекарю.