Кайрин: Чёрная дюжина

Конечно, они передумали, но, поскольку на их переубеждение мне пришлось потратить время и силы, я попросил их об одной небольшой услуге, – его улыбка стала шире.

Почему-то мне кажется, что она отличалась от простой просьбы. Корн продолжил:

– И они ежедневно приходили к директору с прошением, чтобы тот позволил мне обставить комнату на их деньги. Иногда даже приползали, слегка побитые.

Я рассмеялся, теперь всё встало на свои места. Улыбка Корна постепенно угасла, и он перешёл к тому, зачем пришёл:

– Осталось несколько страниц до конца книги, как насчёт подарить их мне? Или, возможно, есть небольшая услуга, которую я могу тебе оказать?

– Боишься, что если не прихожу на тренировки, то я тебе их не отдам? – я полез в тумбу у стола, достал уже сделанные листы и передал те, что задолжал.

– Нет, договор не позволит. Но я не прочь ускорить процесс, – страницы зашелестели, Корн пересчитывал их. – Думаю, насчёт тренировок тебе лучше обратиться к Мао.

– Ага, бегу уже, – я не сдержался и поморщился.

– Почему нет? – Корн удивлённо поднял на меня взгляд.

Да, это известно всем: маги молний никогда не владели второй стихией. Хотя и с другими такое – редкость.

– Отличается? – я поджал губы.

– Ты не знал? – он вытащил из-за пазухи красную тетрадь и аккуратно сложил в неё страницы. – Маги молний всегда были особенными, обучают их в основном в семье.

– Ты много знаешь, – а вот и момент вывести Корна на чистую воду подвернулся.

– Что? Ты разве моего имени не знаешь? Думаешь, я скрываю свою фамилию? – удивлённо спросил он.

Верно говорит, но тот кулон… И ещё кое-что: судя по тому, что я нарыл на Мао, мой брат не стал бы с ним нормально общаться, будь Корн простым смертным. В его ближнем кругу ни одного простолюдина. Поскольку Корн принципиально не врёт, а сейчас не отвечает прямо, он попался.

– Так ты аристократ? – задал я ещё раз вопрос, от которого у него почти получилось улизнуть.

Он нахмурился и замолчал, что-то обдумывая. Я уже устал ждать ответа, когда он всё-таки произнёс:

– Ты так уверенно спрашиваешь… Похоже, ты всё-таки рылся в моей комнате и нашёл кое-что, не предназначенное для чужих глаз? – он стал серьёзным.

Теперь задумался я: сказать правду – значит навлечь его гнев; не сказать – вообще неизвестно, чего от него ждать, возможно, будет ещё хуже.