Черные руны судьбы

От этой фразы перед глазами у Нейли помутилось, настоящее сменилось прошлым, тем прошлым, которое она меньше всего хотела вспоминать... комната на постоялом дворе, широкая кровать с клопами в тюфяке, и он, широкоплечий, сильный, с похотью в голубых глазах...

Тогда она была пятнадцатилетней девчонкой, и двух недель не прошло, как она удрала из родного замка.

А он сказал то же самое «Не бойся. Это не больно».

И соврал – ей было больно, и обидно, и страшно, и она ненавидела его, и боялась, и хотела убить.

..

Вынырнув из воспоминаний, Нейли обнаружила, что тяжело дышит, сердце едва не выскакивает из груди, а барон ходит вокруг и водит палочкой по воздуху, будто рисует что-то. Скосив глаза, она увидела вокруг него тень, ту самую, какую заметила еще во дворе, во время представления, и закусила губу, чтобы не вскрикнуть.

От тени веяло холодом, мертвенным, жестоким, чужим.

- Вот и прекрасно, замечательно, - сказал хозяин замка, и огладил усы, точно такие же, как у ее отца.

А когда он отвернулся, чтобы положить палочку на место и взять что-то еще, она не выдержала.

Давние чувства вырвались из глубин души с силой сметающего все на своем пути потока лавы, ненависть, злость и жажда мести вскипели раскаленным, ядовитым варевом...

Нейли не видела перед собой барона.

Она видела отца, видела ту голубоглазую тварь, силой взявшую ее и лишившую девственности... Всех мужчин, что причиняли ей боль, что имели над ней власть, пользовались ей, словно вещью...

Она схватила нож, лежавший на серебряном блюде, и вонзила барону в затылок.

Хозяин замка упал совершенно беззвучно, шум поглотил закрывавший пол толстый ковер. Перевернулся лицом вверх, рот приоткрылся, и в темных глазах отразилось пламя масляной лампы.

- Нет, нет... гореть мне в огне, – прошептала Нейли, будучи не в силах выпустить окровавленный нож.

Пальцы закаменели на рукояти.

На смену ярости и ненависти пришел страх – она убила владетельного барона в его собственном замке, и ее участи теперь не позавидует даже кастрированный насильник.

.. Ее не просто казнят, а сделают это показательно жестоко, продержат в холодном и сыром подземелье, будут пускать по кругу всей дружиной, а затем пригласят палача из Романдо, что славится заплечных дел мастерами...

Четвертование, колесование, кол и костер... о нет, они выдумают что-то похуже!

На мгновение Нейли стало так жарко, словно она уже стояла, нагая, привязанная к столбу, а вокруг бесновалось пламя.