Игра Хаоса. Судья Богов. Книга четвертая.

*****************

Проход в центральные гробницы, как и во все прочие подземные храмы аритшеев, был тщательно укреплен еще во время первых волн прущих из могильников мертвецов. Тогда люди только ожидали мощнейшего прорыва из главного захоронения и поэтому не пожалели ни времени, ни сил. Вход в Склепы обнесли высокой стеной из каменных блоков, расставили магические ловушки и сигнальные периметры и стали в ужасе ждать, когда и отсюда полезет нежить. Но, в отличие ото всех остальных подземных храмов и мавзолеев, из этих так никто и не вышел.

Почему это так, понять не смогли, но со временем бдительность ослабили, солдат большей частью убрали, оставив лишь немногочисленные отряды стражи да десяток магов, которые больше следят за искателями, чтобы те не утаивали добычу да чего опасного с собой не протащили, чем за Усыпальницами, откуда за два прошедших века так никто и не выбрался тревожить покой городка искателей, выросшего рядом со Склепами. 

Проверка нашей группы на воротах много времени не заняла: трое безразличных стражников и мальчишка-колдун в желтом плаще скользнули по нам взглядами и снова отвернулись к рассыпанным на столе костям и кольцам.

— С дороги не сходить, тут везде магические ловушки и мины! — рявкнул невесть от чего злой с самого утра учитель Сейрок.

Мы вышли из тени прохода, и я с любопытством огляделся по сторонам. А посмотреть было на что, ведь когда-то здесь было очень красиво! Остатки былого величия угадывались повсюду: в валяющихся вокруг обломках мраморных колонн, покрытых тонкой резьбой, в развалинах мощных стен, украшенных фресками, во фрагментах величественных статуй… Особенно впечатляла огромная, в два моих роста, каменная рука, торчащая из песка словно последний зов утопающего о помощи.

За всем этим уничтоженным великолепием на фоне горного хребта одиноким клыком выделялась каменная скала высотой метров в тридцать. Видневшаяся вдали, она, по мере приближения, росла и приобретала очертания Владыки Смерти Немерона, чьи щупальца сжимают песчаные часы, в которых неумолимо падают вниз крупицы смертных жизней. Ему поклонялись ушедшие аритшеи, и его волей они воскресли и вернулись назад.