Некромант: Сердце лича. OMNIBUS

Время от времени воздух оглашался низким рёвом этих животных, волочивших по улицам Дашмертона брёвна и камни, шедшие на отстройку разрушенной столицы – с недавнего времени мурскулы взялись восстанавливать свой древний город. Никто толком не знал, зачем это нужно, и кто именно это начал, но ходили слухи о появлении нового Великого Раджи, задумавшего вернуть расе былое величие. Несмотря на то, что никто не видел его своими глазами, большинству мурскулов хотелось верить, чтопоявился духовный вождь. Поэтому восстановление Дашмертона, хотя и медленно, но продвигалось.

К’шар-Исфей шёл, слегка прихрамывая и опираясь одной рукой о балюстраду, по резному барельефу которой струился дождь. На голове у него был красный с золотом тюрбан, а на плечах красовался искусно драпированный белоснежный плащ. Унизанная кольцами правая рука лежала на животе, а пальцы слегка подрагивали, чего К’шар-Исфей, казалось, не замечал: его взгляд был устремлён вдаль - туда, где за пеленой падавшего отвесной стеной дождя едва виднелось бледное солнце.

- Господин! - проговорил негромко П’арай-Маргот, подходя к Озарённому и слегка кланяясь.

- Доброго дня тебе, - отозвался К’шар-Исфей, поворачивая голову и окидывая Ищущего долгим взглядом.

П’арай-Маргот был высок для своей расы: его рост составлял пять с половиной футов. Кроме того, он был моложе собеседника лет на пятнадцать. Его волосы ещё не поседели, и черты лица почти не были изрезаны морщинами, столь характерными для мурскулов. На нём красовались синий тюрбан с крупным драгоценным камнем в центре и жёлтая тога, перехваченная поясом, на котором висели изогнутая сабля и длинный кинжал в дорогих ножнах.

- Что слышно о нашем друге? – поинтересовался К’шар-Исфей.

Голос у него был тихий, приятный, но в нём слышались усталость и напряжение.

П’арай-Маргот погладил короткую бороду и цокнул языком.

- Ищейки идут по его следу, но пока безрезультатно.

- Время уходит, а граница с Архатлой всё ближе, - Озарённый побарабанил пальцами по мокрой балюстраде.

Дождь стекал с навеса тугими струями и, разбиваясь о камень, обдавал говоривших брызгами, но они на это не обращали внимания.

- Он не доберётся до неё, - П’арай-Маргот постарался сказать это как можно увереннее, но К’шар-Исфей только усмехнулся.