Пёс императора

Она залипла взглядом на его губах, а потом сама подалась на встречу, коснулась губами губ и замерла испуганной птицей. Что делать дальше она не знала. Зато знал маг, и похоже — слишком хорошо. Он отпустил её, только когда обоим стало не хватать воздуха.

Щёки полыхали пожаром, сердце бешено колотилось, а Райс смотрел в глаза и улыбался уголками губ.

— Тебе понравилось? — спросил и нарушил серьёзность момента.

— Нет, — из чистой вредности ответила Айра, — я не распробовала.

— Можем повторить столько раз, сколько захочешь.

Пока не распробуешь.

— Договорились.

Айра убрала с лица растрёпанные волосы, заодно и Райсу заправила за ухо выбившуюся из хвоста прядку, снова коснулась его губ своими, но на этот раз не замерла в растерянности, а старательно повторила то, что только что делал он.

Ничего себе обучаемость! И девичье смущение как ветром сдуло. Райсу пришлось постараться, чтобы перехватить инициативу.

Целовались они долго и со вкусом, как-то незаметно для себя переместились в горизонтальную плоскость.

Свалились прямо на муравейник, но такие мелочи не могли остановить дикую ведьму, ей даже сознательное усилие прикладывать не пришлось. Муравьи колонной промаршировали искать себе новое место, старательно обходя ненормальных людей.

Райс пришёл в себя, ощутив шаловливую ладошку у себя под рубахой, вспомнил, что собирался не спешить, не пугать напором, дать Айре время. Ладошка погладила живот и поползла выше. Айра с азартом учёного исследовала его тело, да и своё заодно, и Райс очень быстро забыл обо всех благородных намерениях.

Айра не флиртовала и не соблазняла, совсем ничего не умела, но компенсировала недостаток опыта огненной страстью и любопытством. Верно говорят, про тихий омут — точно про Айру!

Эту ночь они провели вместе, заснули на разворошенном муравейнике в объятиях друг друга. Проснулись от холода, всё же спать голыми на влажной земле было не лучшей идеей. Тут же возникла идея ещё гениальнее — пойти купаться.

Тёмная вода в ночи казалась чернильной, яркие звёзды иных миров подмигивали с небосвода своим отражениям на глади озера. На другом берегу пели лягушки, и ухала сова. Вода оказалась прохладной, ил под ногами — топким, а ночь — самой чудесной и сказочной.

Потом они развели костёр, грелись в обнимку у живого огня и снова целовались.

Вместе встречали рассвет. Рассвет без солнца — странное зрелище, но всё равно красивое.