Лучшая пятёрка

Мой аккаунт (в который я вложил семь лет жизни, забросив учёбу сначала в школе, потом в институте, вложив в него около сорока тысяч долларов) был единственным смыслом жизни.

В школе я начал много играть в «Звёздное небо», она тогда едва вышла на бета-тестирование, но когда начала набирать популярность, особенно после большой рекламной компании и первого мирового чемпионата, решил вырасти до профессионального уровня. Тренировки по четырнадцать часов в день. Ругань с родителями из-за отчисления из института, полное отсутствие личной жизни, помноженное на талант, — и вот спустя три года начинающая команда «Дроны» взяла меня на позицию пятёрки, мы стали вместе тренироваться, расти, пока не выиграли свой первый СНГ-чемпионат.

— Сто шестьдесят тысяч, — следом за словами положив на стол карту-пропуск, — и мы договорились.

Директор, не веря своим ушам, переглянулся с юристом, тот судорожно достал планшет и поправил в нём цифры, несмотря на то, что только заявлял, что больше ста сорока не даст.

«Похоже, мой корабль им действительно важнее, чем я сам», — печально констатировал я произошедшее.

Принтер в углу комнаты распечатал листы, а небольшой офисный робот принёс их на подносе. Пробежав последний раз глазами новый договор, я поставил число, подпись и приложил палец к кружку сканера внизу листа.

— Когда прийти, чтобы вы переделали доступ? — спросил я, так как знал, что процедура переоформления аккаунта, а тем более привязанного на биометрические данные человека была достаточно долгой.

— Можем завтра, а можем и сейчас, Никита как раз зашёл в офис, чтобы подписать документы, — директор отдал мне один экземпляр договора, выглядя при этом донельзя довольным.

— Давайте лучше сегодня, хочу закончить все дела и не видеть вас больше, — меня душила ненависть к этим двум харям, а также к команде, которая даже не предупредила о том, что меня заменят. Всё, чего сейчас хотелось, избавиться наконец от своего корабля и навсегда забыть об игре и о лживых ублюдках, все эти годы называвших меня другом.

С Никитой мы кратко поздоровались, но разговаривать не стали, обоим было неловко.