Молнии в пламени

— Ко мне тут заглянула твоя соседка, Стеф, — начала лисичка. — Говорит, что ты мешаешь ей спать.

— А почему она сама мне об этом не сказала? — фыркнула демоница.

— Ну, как бы тебе объяснить помягче… — ласково улыбнулась Ри. — Ты вроде как страшный демон, и она тебя боится. Что у вас за сыр-бор? Ты переезжаешь к Дастану?

— Лучше. Я переезжаю к директрисе, — отшутилась Стеф, а маг в это время нагло пытался её отвлечь объятиями со спины.

— Ага, и я вместе с ней.

— А если Шефираэль будет против, то ты всегда можешь из башни выпрыгнуть, — ухмыльнулась Стеф.

— В общем, Стефани собрала слишком много вещей, и мы не можем их затащить, — разъяснил ситуацию мужчина. — А если учесть, что на неё только что напали, я резко против, чтобы…

— Это как — напали?! — глаза фурианки округлились так, словно были двумя большими блюдцами. — Что тут у вас произошло?

— Убийца водник.

— О ужас! Стеф, ты в порядке? — всплеснула руками Римори и подбежала к демонице.

— Всё хорошо. Но я не оставлю здесь ни одной своей вещи, Дастан, даже не старайся! — упрямо заявила потерпевшая. — Завтра здесь будут копаться следователи Айгора. Пусть даже не надеются полазить в моих вещах!

— Да в чем проблема, давайте я помогу вам долевитировать чемодан в башню? А по дороге вы мне расскажете всё подробно, — предложила Римори.

— Спасибо, Ри! — сердечно поблагодарил Дастан.

— Ничего особенного… — смутилась фурианка. — Я же воздушница, нет ничего проще.

И троица отправилась по коридорам Академии, затем по лестнице. Дастан поддерживал Стефанию, приобнимая её за талию, и по пути рассказывал Римори о сегодняшнем происшествии. В тёплых руках возлюбленного демоница чувствовала себя на удивление спокойно, надёжно и даже лениво.

Это-то и настораживало. Разве может демон хоть на миг потерять бдительность? Довериться другому — значит, выставить свою слабость, добровольно опустить защиту. Из-за этого Стеф начало казаться, что убийца сейчас выпрыгнет на них из-за поворота. Она вслушивалась в окружающее пространство, но ничего не уловила кроме голосов друзей и общего эха шагов. Наконец, они пришли.