Задачки для волшебников

— Ага, — подтвердила гаргулья. — Скорее, на какое-нибудь религиозное шествие.

— Точнее и не скажешь, — недовольно буркнул Златко.

Люди неорганизованной колонной, подняв знамена со смутно знакомыми юным магам символами, ходили вокруг храма и распевали гимны.

— Лучше бы штурмовали тюрягу, чем без дела так вопить, — проворчал Грым. Исполнение священных песнопений корежило даже совершенно немузыкального тролля. — Эй, приятель, — он, наклонившись, поймал за плечо какого-то мужика, — что за гоблиня тут творится?

Прохожий сначала подпрыгнул от неожиданности, но, поняв, что бить не будут, буркнул:

— Не видишь, что ли, моления Аргакхарму.

— По поводу? — нахмурился Грым.

— Вы откуда свалились? — удивился мужик. — Чтоб детей пропавших помог вернуть.

Несколько мгновений чародеи молчали, потом тролль все же смог выразить свое недоумение:

— А как божество кровопролития поможет вернуть детей?

Вид у прохожего стал такой, будто он впервые об этом задумался.

— Поехали, ребята, это надолго.

— А что, оргии не будет? — удивилась Дэй.

Тролль глянул на нее как на сумасшедшую.

— Если под оргией ты подразумеваешь то, как эти кретины начнут вырезать на себе символы Аргакхарма, то можешь подождать тут часа четыре и насладиться зрелищем.

— Нет уж, спасибо, — тут же открестилась гаргулья.

Чародеи еще немного посмотрели на то, как процессия делает очередной круг, потом слаженно развернули лошадей.

— Грым, а откуда ты знаешь про этого Ар... Агра... — Златко скривился. — Ну ты понял. И если знаешь, то почему сразу не узнал символы на знаменах?

— Аргакхарм, — сжалился тот. — Это... хм... божество некоторых племен троллей, — пожевав губами, наконец неохотно признался он. — Не равнинных, как я, а.

— Горных? — подался вперед Златко.

— Это ваша, человеческая, гоблиня! — зарычал тролль. — Мы так не называемся. Это вы, люди, нас так обозвали! А у нас каждое племя имеет свое название. Но у вас слишком тупые мозги, чтобы все их запомнить!

— Грым, ты чего? — опешил Бэррин. — Я же не знал.

— Да никто из вас, людей, не знает, — огрызнулся тот и замолчал.