Друзья

Одному с колёсами не управиться, поэтому придётся до самого дома лишить себя слуха.

Править повозкой – дело нехитрое, и юноша, не отвлекаясь на лошадей, до самого дома решал, уедет он с Альпом или будет спасаться самостоятельно. Ему до смерти надоело прислуживать Мастеру, но совместная поездка была безопасней и давала надежду закончить обучение. Если уедут завтра, а ему сегодня дадут коня, можно будет забрать спрятанное золото. Вряд ли он когда-нибудь вернётся из Лебарии в родное королевство. В конце этих раздумий Дарк решил, что поступит так же, как и Борис.

Когда строили дом Мастера, вдоль тропы вырубили деревья, чтобы могла проехать телега. Ехать мешали ветви, других препятствий не было. Кони наклонили головы и быстро привезли воз к самому дому. Перед тем как войти, он вернул себе слух.

– Почему так долго? – недовольно спросил стоявший в сенях Мастер. – И что это за визг? Не мог заставить крестьян смазать колёса?

– Пока я в таком виде, могу заставить только магией, – разозлился Дарк.

–Разболтались, – сделал вывод Альп. – Наверное, узнали о моём отъезде. Ладно, смажем сами. Но ты прав: вас нужно нормально одеть. Сейчас съезжу в город и куплю штаны и несколько пар сапог.

– Мне тоже нужно отлучиться. Отец спрятал деньги, без которых я не уеду.

– Распрягите лошадей, – подумав, решил маг. – В конюшне есть второе седло. Оседлаешь одну из своих покупок и заберёшь отцовское золото.

Следующие две свечи занимались с повозкой. Сняли упряжь, стараясь запомнить, что и как в ней крепится, а потом оседлали одну из лошадей. В последнюю очередь по одному сняли колёса и густо смазали оси вонючим дёгтем.

– Надолго уедешь? – спросил Борис, когда с этим закончили.

– К вечеру должен вернуться, – ответил Дарк. – Мастер уже уехал, поеду и я, только вооружусь.

Он сбегал за мечом, взял под уздцы крестьянскую лошадку и увел её по тропе.

Когда друга скрыли деревья, Борис отвёл вторую лошадь в конюшню и вошёл в дом. Впервые за пять лет он был в нём один. Проверив, нет ли магических меток на лестнице, юноша поднялся к на второй этаж. Им строго запрещалось входить в комнаты учителя. Запрет не действовал только на время уборки, но её всегда делали в присутствии Альпа. Дверь в ближнюю комнату была приоткрыта, а на полу стояли кожаные сумки.