Путь Хранителя. Том 3

Тонкий мир с процентами забирал то, что я ему задолжал.

Едва я успел попрощаться с жизнью и принять тот факт, что мой путь окончен, как агония резко стихла. Вокруг послышались обеспокоенные голоса. На миг в груди возникло приятное теплое покалывание, но тут же исчезло.

И где отец отрыл в этой глуши целительницу? Не важно. Слишком поздно. Я уже прошел точку невозврата.

— Вставай, ошибка войны! — прогрохотал жесткий голос в моей голове.

— Дед? — мысленно удивился я, — дохлый садист не имеет права указывать мне что делать.

— Передумал становиться Хранителем? — издевательски загоготал старик, — я всегда знал, что ты не готов, неженка.

— Заткнись, старый хрен, — прохрипел я, — в этом мире не существует такого титула.

— Отговорки в стиле боярского хлюпика. Когда ты успел им стать?

— Заткнись и дай поспать, — отмахнулся я и расслабился.

Агония ушла совсем и меня накрыло блаженство. Мир вокруг побелел, а меня клонило в сон.

— Как пожелаешь. Спи, кроха войны. Я всегда знал, что ты не истинный Жуков, — сдался навязчивый грубый голос и ощущение присутствия исчезло.

Теперь мне никто не мешает и можно... стоп. Что он только что сказал? Воображаемый старческий голос в голове исчез, но словосочетание «истинный Жуков» не уходило. Краешком сознания я чувствовал, что это очень важно, но никак не мог понять почему. Нет, я никак не мог вспомнить.

Нарастающее ощущение будто забыл что-то невероятно важное и вот-вот вспомнишь заставило мозг забыть о сонливости и вновь начать работать на полную катушку. Чувство блаженства исчезло и в тело вернулась боль. Во все тело разом. От неожиданности я вскрикнул и поморщился.

Было больно, но... терпимо?

Следом за болью вернулись звуки, и я смог разобрать обеспокоенные голоса вокруг.

— Живой...

— Осторожно, придержи голову.

— Принесу воды!

Я открыл глаза и увидел перед собой ночное октябрьское небо.

Я с трудом приподнял голову и передо мной тут же оказался огромный темный силуэт. Смуглое морщинистое лицо нависло надо мной будто скала.

— Носилки, сюда, бегом! — проговорил незнакомый голос.

— Сам встану, — прохрипел я и с усилием смог сесть и осмотреться.