Михаил Гущин. Возвышение рода

— Разрешите?

— Проходи. Что там у тебя?

Серпухов принял бумагу и тут же распечатал ее.

— Я позже зайду.

Поднялся с места, но сотник жестом остановил меня и попросил присесть. Через минуту Серпухов отложил бумагу в сторону и посмотрел на меня.

— Французы выразили ноту протеста из-за нашего конфликта с Родионовыми.

— Защищают своих прихвостней?

— Скорее, свои интересы в Перми. Не секрет, что они готовили плацдарм для захвата этих территорий и расширения на север и юг, чтобы отрезать нас от контактов с Поднебесной.

— Ну, в чем проблема-то? Пусть протестуют, нам бы только Пермь взять с наименьшими потерями.

— Проблема в седьмом экспедиционном корпусе Четвертой империи числом в десять тысяч душ, который французы могут ввести на нашу территорию.

— Так ведь это же будет означать войну. Неужели сейчас в Париже есть дело до внешней политики? Мне казалось, у них сейчас задача сохранить империю от полного распада...

— И поэтому они отправят сюда именно седьмой экспедиционный корпус, в который входят итальянцы.

— И какие варианты?

— А он тут только один. Ну, который правильный, — отозвался Серпухов.

Седьмой экспедиционный корпус так и не прибыл на территорию Великого княжества. За пару дней до отправки бойцы устроили бунт и захватили несколько городов на севере Италии. В этом им помогли местные рода одаренных и небезразличные люди. Два дня мы ждали, пока подтянутся подкрепления со всего Великого княжества.

— Лев Толмачев, воевода Великого княжества. Командовать штурмом города буду лично я. Великий князь вверил мне управление войсками, — заявил воевода, едва перешагнув через порог.

— И даже мою сотню? — спросил Серпухов, не сводя глаз с воеводы.

Тот нахмурился, понимая, что на конкретный вопрос придется отвечать открыто.

— Нет, Великий князь освободил вашу сотню от моего командования, но я рассчитываю...

— Отлично! В таком случае, удачи вам со штурмом города, — Серпухов поднялся и вышел из-за стола.

— Алексей, сейчас не время для личных амбиций и сведения счетов.

— Какие амбиции? — Серпухов разыграл искреннее удивление. — Я выполняю прямой приказ Великого князя, а на счет его персональных приказов я распространяться не намерен.

Я вышел вслед за Серпуховым.