Михаил Гущин. Возвышение рода

— Негусто, есть шансы, что с Сызранью не все так плохо, но не стоит сильно обольщаться — Оборин может просто не знать истинной картины, — Серпухов произнес это скорее для меня, чем для констатации факта.

— Где находится Ритуальный нож?

— У Родионовых.

— Где именно? — нажал Серпухов.

— Они прячут его в одной из своих копей. Не знаю где именно.

Серпухов посмотрел на меня, и я кивнул, понимая о чем говорит Виктор. Дальше вопросы сотника касались сил Обориных, их планов и задач, которые им выдали Родионовы для борьбы с Великим князем.

Оказалось, что Оборины играли не последнюю роль в Сызрани и могли серьезно насолить, а что более низко — скомпрометировать Великого князя, обвинив его в нескольких катастрофах. Конечно, для этого их нужно было спровоцировать, чем занимался лично Виктор.

Закончив с Обориным, Серпухов отдал несколько приказов своим людям, и мы с ним вышли на улицу. После таких откровений как никогда хотелось глотнуть свежего воздуха.

— Как видишь, мы заглянули сюда совсем не зря.

— Мне известно только об одной, и то разрушенной. Шансов слишком мало, но попробовать можно.

— Возьми с собой десяток ребят, опыт командования у тебя уже есть, так что не растеряешься. И постарайся обойтись без потерь.

— Ты ведь понимаешь, что если Ритуальный нож там, его будут серьезно охранять, и десятком ребят может не обойтись?

Серпухов нахмурился и сжал кулаки.

— Я не могу выделить больше людей сейчас. Каждый человек на счету. Давай так, ты отправишься туда с парой бронемашин и десятком людей, разведаешь все, а мы подтянемся за тобой по следам через два дня. Если Ритуальный нож там, мы вместе завладеем им.

— По рукам! Вот только бронемашины будут там бесполезны. Просто выделите нам тепловоз, на котором мы проедем до определенного места, а дальше будем добираться пешком.

Уже через час мне выделили отряд дружинников, и мы отправились на вокзал. Оборин понемногу приходил в себя, но воздействие дружинников все же ощущалось. Как знать, сможет ли он окончательно восстановиться, да и есть ли в этом смысл, если люди Родионовых уже наверняка вышли на его след.

Началась серьезная игра, в которой цена была высока как никогда — сама жизнь.

Глава 3.