Наследник клана (Взрыв это случайность)

Впрочем, в Нахаловке занятий по географии в программе вообще не было, и ни взрослые, ни тем более дети ни капли не переживали по этому поводу.

Предмет же Надежды Игоревны, хотя и назывался историей, оставался таковой только первые пять лет обучения, покуда детишки проходили «Эпоху Богов» и последующие эры. А вот начиная с «Эпохи Героев» и, соответственно, времени появления первых полисов, школьники вплотную приступали к изучению той самой мировой географии, причём не ограниченной только территорией Европы.

Другие дожидающиеся моего пристального внимания науки: натуральная философия, калиграфия, изящные искусства, риторика, логика, ботаника, зоология, анатомия, геометрия, арифметика и греческая латынь, — были, в общем-то, привычны и понятны. Так, на изящных искусствах, которых в детдоме, естественно, не было, учили рисовать и музицировать, и, памятуя прошлое, я очень надеялся избежать нового знакомства со скрипкой или гуслями, чьи струны меня заставляли насиловать в юном возрасте.

А вот с греческой латынью, всеобще, признанным языком межполисного общения у меня было не очень. Нет, два года назад я довольно бойко шпарил на этом мёртвом языке полиса Константинополь, вот только сиротам с самого дна, как и бандитам с рабочими, подобная ерундистика была без надобности, а потому ей нас никто не учил.

Нечто под названием «Основы чародейской безопасности» (занятия по которым здесь проводились раз в две недели по четыре урока к ряду) пока что оставалось для меня тайной за семью печатями. Я вообще слабо представлял себе, что это может быть такое и чему там учат.

Ну и последней в списке, но чуть ли не первой по значению для будущих чародеев, была физкультура под руководством мистера Грега МакПрохора. Её нам преподавали три раза в неделю после двух теоретических предметов и, как рассказали мне Борис с Ульрихом, в зависимости от расположения звёзд на небе длиться эти изощрённые издевательства могли как стандартные сорок пять минут, так и «от звонка и до заката».

И вот тут, собственно, ребята сообщили мне одну очень неприятную вещь: МакПрохор вовсе не шутил, когда говорил, что «свободное время» ученику даётся для того, чтобы он посвящал его собственным тренировкам. Оказалось, что так оно и есть, а ведь я ему и не поверил особо.