Последний реанорец. Том I и Том II

– Господин Ежов прав, риск дело благородное, – кивнул жандарм уважительно начальнику Плеяды, поднимаясь с кресла и минуя двух княжон, которые вновь заинтересованно лицезрели такое кардинальное изменение характера капитана третьего отдела. – Поэтому рискну. На Лазарева. Миллион? – обратился тот к остальным.

– Миллион, – в унисон отозвались те, подходя к перилам ложи.

– Тогда смотрим… – чуть лукаво откликнулся Решетников, подходя к остальным.

Пару мгновений были слышны лишь шепотки знати за спиной, а также гомон ликующих зрителей, а затем уже раздался жизнерадостный и пылкий голос ведущего:

– Ииииитак!!! Наши претенденты на арене! И по моей команде! – скомандовал громко он.

На каждой арене с приказом диктора почти сразу вспыхивала жаркая битва, а вот среди не ограненных произошло нечто странное и занимательное. Лазарев вдруг весело осклабился и обратил свой дерзкий взор прямо на стоящих за тёмными стёклами аристократов.

– Какой наглец… – хохотнул невольно Грановский, прикладываясь к бокалу с вином.

А далее произошло то, что повергло большинство из знати в зачатки шока. Ведь подобного среди не ограненных они еще не видывали.

Молодой человек сделал простой шаг и, не закончив делать второй, уже превратился в размытый силуэт. А третий шаг он уже закончил стоя окровавленный за спиной обезглавленного противника, стряхивая со спиралевидных кинжалов сгустки крови и плоти, ведь таким оружием невозможно аккуратно срезать голову, лишь грубо… отчекрыжить, а его оппонент даже не успел снять с плеча протазан.

Голова откатилась куда-то прочь, при каждом ударе высвобождая фонтан и шлейф крови за собой, а тело Никитина еще постояло пару мгновений, пошатываясь, обильно заливая алой жидкостью канвас арены.

Удивительно, но сама схватка продлилась не более одной или двух секунд. Даже зрители на мгновение притихли, не сводя взгляд с арены для не ограненных.

И первым по долгу работы пришел в себя именно диктор. Точнее постарался прийти:

– Эммм… что?!. – но почти сразу тот исправился, а голос превратился в ликующе-озадаченный и тот пытался перекричать ликующие вопли толпы. – ПРЕСВЯТАЯ МАТЕРЬ БОЖЬЯ!!! Уважаемые зрители, вы это видели?! А ваши сиятельства и ваши благородия лицезрели это?! Какого кровожадного и беспощадного юнца взрастило третье кольцо! – надрывался безумно ведущий, уже осипшим голосом.