Последний реанорец. Том I и Том II

– Д-дядь Борь… – рядом с ним вдруг оказался переполошившийся Слава с ошеломлённым взглядом. – Ты тоже это видишь? Я против бати больше сорока секунд никогда не мог продержаться, а ведь он тогда даже не пользовался силой духа… Как… как у него получается?

– Как-как… А хрен его знает! – тихо фыркнул Звеньев, скрывая изумление и не отрывая взгляда от напряженного лица Лазарева, а после перевел взор на довольную мину Жоры. Этот тоже был в своей манере. – Сам в ах… шоке…

– Глазам не верю… – выдохнул неверяще Устинов-младший, пытаясь уловить каждое движение отца и Захара, но уже через миг тот невольно омрачился.

«Ага, дошло-таки до молодого, молодец он всё-таки», – ухмыльнулся понимающе Звеньев, хоть он и сам сначала не поверил.

– Ага… прямо как некоторая знать… – закончил за встрепенувшимся мгновенно парнем здоровяк, – только держи рот на замке. Это техники, не стиль боя. Я проверил всю паутину с боями, каждый влиятельный и боярский род, а также все древние кланы и не смог найти аналогов его движений.

От происходящего на импровизированной арене проняло даже извечно недовольную Захаром Марию и на мгновение, оцепенев и отвлекшись от мимолётного разговора с Евгением, та сделала несколько шагов к двум мужчинам и встала рядом, не произнося никаких слов. Лишь с каждой пройденной секундой её удивление на строгом личике росло в геометрической экспоненте.

– Отец… он… он поддаётся… этому… этому… мужлану? – тихо прошептала та запинаясь, не в силах поверить в увиденное.

– Сестра, ты когда-нибудь видела, чтобы отец кому-нибудь поддавался? – грубо отрезвил ту Слава. – Поэтому лучше не мели чепухи.

– Быть такого не может… – в полном смятении вновь зашептала девушка.

Но все действия и затуманенные взгляды Марии, которые она, то и дело бросала на Лазарева, не укрылись от самого Евгения.

Взор его тотчас ужесточился, кулаки от напряжения сжались добела и покрылись блекло-оранжевым сиянием, а лицо исказила гримаса недовольства и ненависти.

В свою очередь все эти изменения телохранителя Устиновой не ушли от цепких и изучающих глаз Звеньева. Ведь на то он и главный аналитик.

«Ох, зря Мария связалась с ним, не будет от него добра», – поохал в душе Борислав, но в данной ситуации ничего не мог поделать. Девушкой двигали порывы то ли любви, то ли ветрености.

Пока Звеньев находился в собственных размышлениях спарринг подходил к своему закономерному финалу.