Последний реанорец. Том I и Том II

– Я уж понимаю, шел бы среди простого люда император, тут бы и я поклонился, но уж простит меня уважаемый Георгий Семенович, он не император.

– Это всё софистика… – зло ощерилась Мария, вступившись за своего то ли суженого, то ли ручную собачонку.

– Ох, упаси меня Без… Бог, связываться с дураками… – тяжело вздохнул я, делая несколько шагов навстречу Устинову и пожимая тому мозолистую и шершавую руку.

Хм, а мужик боевой.

– Моё почтение, Георгий Семенович. Боря, Слава, давно не виделось, – кивнул я остальным, демонстративно игнорируя язву.

– Отец, этот грубиян только что назвал нас дурака…

– Мария, тихо! – рявкнул холодно тот, перебивая дочь. – Он даже не в клане, не позорь меня. Ты ведь умная девушка, к чему всё это? Женя, не стреляй так убийственно глазами, – хмыкнул со скепсисом глава, – того и гляди в меня попадешь. Ты сам виноват. Тебя никто не просил лезть, – осадив разом всех, тот снова обернулся ко мне, но уже с широкой улыбкой и, не размыкая рукопожатия, второй ручищей приобнял меня за плечо.

Хм, покамест, если не считать тех двух магов, это самый сильный воитель, которого я встретил. Это тогда насколько же сильна знать?

– Близкие друзья называют Зеантаром, остальные же Захаром. В остальном решать вам, – хитро улыбнулся я.

– Все вон! – громко скомандовал Боря, глядя на варталов и танцовщиц.

Очередной легкий поклон от персонала и их как ветром сдуло.

– Тогда лучше Зеантар, – весело усмехнулся Слава и, оказавшись рядом со мной, запрокинув руку мне на шею, заговорщицки прошептал: – Ты уж прости мою сестру… эти дни… всё такое-прочее. Думаю, сам понимаешь…

– СЛАВА! Еще хоть одно слово и я тебя такое устрою… – прошипела зло Мария, прямо-таки как настоящая ламия, параллельно с этим направляясь в зону отдыха, которая была неподалёку.

А ведь хороша эта стерва.

– Так, дети, – угомонил обоих Устинов. – Пошутили и хватит. К делу. Зеантар, ты не против? – слегка приподняв бровь осведомился Георгий, указывая на ту самую зону отдыха с множеством удобств.

– Буду только рад. Давно ведь пора начать, – ухмыльнулся довольно я, а в душе отчего-то проснулся реанорский казначей, который невольно стал потирать загребущие руки.