Лекарь

После этого мы решили, что убивать его не следует, а если он и заслуживает смерти, то решение примет Его Величество, а вовсе не какой-то бродячий доктор и даже не командир стражи.

Командир побагровел и заскрипел зубами. Казалось, что вот-вот изо рта посыплются обломки. Однако, он быстро взял себя в руки, шумно выдохнул и повернулся к своим подчинённым.

- Перо и бумагу, - скомандовал он, - напишешь всё, как было. Где, когда и при каких обстоятельствах вы подобрали этот кусок дерьма. Твое свидетельство приложу к его посланию, а потом все это дерьмо и его самого отправлю в столицу.

Мысль была толковой. Я взял бумагу, но вместо пера тайком вытащил гелевую ручку. Стараясь не делать ошибок, коротко изложил все обстоятельства дела. О Черном Герцоге, естественно, не упоминал, зато не преминул указать, что сам я следую в столицу ко двору Его Величества. Чисто на всякий случай, чтобы офицер не прикопал тайком и эльфа и его послание. Приняв от меня бумагу, на которой я витиевато расписался и поставил сегодняшнее число, офицер удовлетворённо хмыкнул и спрятал её в сумку.

- Грузите этого!

- Офицер, вы должны быть аккуратнее. Эльфы ужасно живучи, но от верховой езды может открыться рана, и он истечёт кровью.

- Да и... офицер поднял руку, чтобы махнуть ей и сказать, что смерть эльфа его весьма мало волнует, но осёкся и поправился, - до заставы пара миль, там на телегу переложим, дай ему каких порошков, чтобы не помер.

Я вложил в руку эльфа мешочек с несколькими таблетками и посоветовал пить трижды в день.

- Слушай, а ты уверен, что всё так и было?

- Не понял, - честно признался тот. - Что всё?

- Ну, не думаешь ли ты, что это странно, что мы его нашли, легко отбили, поверили в истинность содержания письма и отправили его к королю?

- Ну, да, - согласился он, - странно, много совпадений.

- Я тоже подумал, что Черномазому проще было не его маршрут вычислить, а наш.

- До первого дерева. Но, по-моему, ты преувеличиваешь. В твоей версии допущений ещё больше. Мы ведь могли мимо пройти. Могли с убийцами не справиться, те ведь не добровольно на смерть шли, так? Да и рана, ты ведь помнишь, запросто могла быть смертельной.