Ловчий 2.

Черт! Пока у нас минус один!

— Отрубить ему голову! — заорал старший. — Это упырь!

Дьявол их разорви! Если они это сделают, то новая голова у принца вряд ли отрастет. Хоть он и говорил, что убить вампира можно только путем сожжения, но почему-то мне кажется, что отсечение головы тоже его погубит. Пора действовать! Эх! Как же не хочется умирать!

Но умереть мы не успели. В строй солдат со спины врезалась огромная туша в сером балахоне. Она появилась из ниоткуда. Прежде чем солдаты его увидели, двухметровый гигант расхреначил мечом пяток воинов.

Остальные пытались от него отбиться, но громадина была настолько сильна и проворна, что успевала сражаться сразу с несколькими солдатами.

— Ну чего стоите! — прохрипел гигант таким низким басом, что мороз по коже пробирал. — Помогите мне!

Мы опомнились и бросились в атаку. Я пока бежал, успел метнуть три кинжала. Каждый из них скосил по воину. Дальше в ход пошел меч. Каллин с ходу хряснул молотом так, что завалил одним ударом сразу двоих. Пока до солдат дошло, что мы напали на них со спины (они бились отвернувшись от нас), мы успели положить еще несколько человек.

Двухметровый незнакомец кромсал мечом, словно демон. Его лицо скрывал глубокий капюшон. Он был настолько широк в плечах, что Каллин рядом с ним казался подростком.

Ш-ш-ш! Мимо пронеслась тень, ломая гвардейцам хребты. Ура! Вампир ожил и вытащил из себя стрелы. Лязг металла, предсмертные крики гвардейцев и хруст ломаемых хребтов слились в один звук. Через пару минут все было кончено!

Лишь командир гвардейцев (наш неблагодарный друг) остался в живых.

В бой он не лез, а отстоялся в сторонке с выпученными глазами. Он вскочил на коня и хвостнул его плетью! Конь рванул с места, но вампир оказался быстрее. Нагнал всадника за секунду и сорвал его с лошади. Гвардеец подкатился к моим ногам. Привстал на коленях и кинулся целовать мои сапоги:

— Простите, господин, бесы попутали, я не хотел возвращаться, они меня заставили. Будто я сам нее свой. Это все бесы! Пощадите! Не убивайте!

-- Передавай привет своим друзьям, — сказал я.

— Каким друзьям? — гвардеец с удивлением приподнял голову от земли и уставился на меня.

— Бесам!

Вжик! Мой меч мелькнул в полумраке и голова солдата покатилась по земле. На его открытых глазах посмертно застыл ужас.

— Спасибо тебе, незнакомец, — я повернулся к здоровяку в капюшоне, — кто ты?

Наш спаситель убрал меч в ножны и стоял чуть поодаль спиной к луне. Вместо его лица была сплошная чернота. Одежда скрывала его внешность.