Ловчий 2.

Мирольд повернулся ко мне и вытер рукавом красные губы, его лицо выражало спокойствие и полное удовлетворение:— Да, я чудовище, прости, что не сказал тебе раньше, теперь ты меня опасаешься?— Ничуть, — пожал я плечами, — Я тоже чудовище, только лишь в человечьем обличье, теперь мне ясно, как ты убиваешь мервинов. Одно не понятно, если ты вампир, почему защищаешь людей?— Вампиры не могут жить без людей, — улыбнулся принц.— Мы для вас еда?— Если свести все к циничности, то да… Но мой род никогда не убивал невинных людей.

Я вынужден пить кровь, но люди после этого продолжают жить. Они умирают, если опустошить их на треть и более, как я сделал с этим никчемным тюремщиком.— И много таких, как ты в Кироне?— Остался я один, наши враги метаморфы, люди нужны им, чтобы прятать свою сущность. Они живут среди людей, но в душе их ненавидят. Метаморфы почти уничтожили расу вампиров. Других своих собратьев я не знаю. Возможно, где-нибудь в отдаленных уголках материка, есть еще такие, как я. — Ты охотишься на нечисть, чтобы самому выжить?— Отчасти да, а отчасти для защиты людей. Если зло будет плодится, то мир людей может рухнуть. Два хищника не уживутся в одной норе, ведь человек тоже хищник.— Еще какой! — кивнул я. — Надо скорее выбираться! Ты взял ключи, но на нас оковы.— Это не проблема, — улыбнулся Мирольд.Он поднатужился и разорвал цепи на своих руках. Затем сорвал браслеты со своих кистей, разогнув их, как пластилиновые. — Почему ты раньше этого не сделал? — удивился я.— Чтобы не привлекать излишнего внимания, давай свои руки.Звяк! И мои оковы брякнули о пол. Мирольд перебрал громоздкую связку длинных потемневших от старости ключей и нашел нужный. Он просунул руку через прутья и добрался до массивного замка. Его толстенная дужка была настолько крепка, что оказалась не по зубам и вампиру. Но теперь у нас был ключ. Ключ с хрустом провернулся в скважине. Бум! Замок с гулким стуком упал на каменный пол. Я толкнул решетчатую дверь, та с заржавелым скрипом нехотя отъехала вперед.Мы выскочили из камеры, я снял со стены факел. Мирольду свет не нужен, а я в подземелье, как слепой котенок. Сырой гулкий коридор вел мимо похожих на нашу камер. Узники, томящиеся в них, с удивлением на нас уставились.— Может освободим их? — предложил я.— Это воры и убийцы, их посадили за преступления, — замотал головой Мирольд.